«Порядок»

18 августа, 2019

«Порядок» (18.57 Kb)

«ПОРЯДОК» (1881—1882) — общественно-политическая газета, освобожденная от предварительной цензуры. Впервые вышла 1 января 1881 г. Издателю-редактору М. М. Стасюлевичу в учреждении новой газеты было отказано еще в 1878 г.; разрешение на издание «П.» 20 сентября 1880 г. связано с эпохой М. Т. Лорис-Меликова. Стасюлевич хотел назвать газету «Правовой порядок», но цензура оставила в заголовке только последнее слово. Политическая платформа «П.» не отличалась от программы журнала «Вестник Европы», издаваемого Стасюлевичем с 1866 г.: требование правового порядка, призыв продолжать Великие реформы Александра II, расширение самоуправления, свобода науки и печати. С первых же дней редакция «П.» находилась под негласным надзором полиции.

Первая передовая статья «П.», носившая программный характер, объясняла появление новой газеты надеждой на лучшее положение печати в России; в качестве первого слова указывалось на необходимость предоставления провинциальной печати тех же свобод, какие по закону 1865 г. имела столичная пресса.

В январе 1881 г. обер-прокурор Святейшего Синода К. П. Победоносцев высказал неудовольствие московской корреспонденцией второго номера «П.», где были помещены неприятные намеки на прошлое епископа Амвросия (Ключарева). Третий номер также обратил внимание Победоносцева; он прислал в редакцию неофициальное опровержение статьи о хозяйстве Синодального управления. Позже Победоносцев выражал опасения, что кружок «П.» сможет негативно повлиять на И. С. Тургенева и просил Я. П. Полонского убедить знаменитого писателя уехать из Петербурга как можно скорее.

Убийство Александра II среди прочих изменений государственной политики остановило работу над проектом закона о печати Лорис-Меликова. Резко ухудшилось положение либеральной журналистики. 12 марта Стасюлевич жаловался А. В. Головнину на циркуляры, запрещавшие касаться в печати дворянства, крестьянства, полиции и ссыльных. В апреле 1881 г. Стасюлевич признавался А. М. Жемчужникову, что «П.» оказывается «не по сезону», что издание газеты уже невыносимо. В мае, сообщая К. Д. Кавелину об аресте номера, Стасюлевич жаловался на нарушение законов и задержание газеты безо всяких причин. В августе издатель, цитируя М. Е. Салтыкова-Щедрина («тихо» и «свободно»), приводил примеры добровольного отказа от публикаций, чтобы спасти «П.» от цензурных гонений.

После 1 марта 1881 г. на Стасюлевича, с одной стороны, обрушился град насмешек за излишнюю осторожность (М. Е. Салтыков-Щедрин, А. И. Эртель). С другой стороны, его газета подверглась критике консервативной печати и тяжести административного давления. 24 марта 1881 г. в корреспонденции из Весьегонска Тверской губернии автор, скрывшийся за инициалом Д., сообщил о волнениях крестьян в селе Молокове, разгуле толпы и бессилии властей. Лорис-Меликов докладывал Александру III о корреспонденции как о содействующей увеличению тревожного состояния общества. Публикация послужила причиной запрещения с 24 марта 18881 г. розничной продажи номеров «П.». Начальник Главного управления по делам печати Н. С. Абаза циркуляром от 24 марта запретил остальным редакциям перепечатывать сообщение из Весьегонска и публиковать подобные тревожные известия. В сентябре 1881 г. Стасюлевичу объявили, что запрещение розничной продажи не может быть отменено, т. к. газета только что одобрила правительство за то, что оно после Берлинского конгресса не ввязалось в новую войну. Запрет так и не был отменен до закрытия газеты.

Запрещение розничной продажи номеров и циркуляр, связанный с «П.», совпали с Высочайшим разрешением Стасюлевичу — наравне с редакторами «Journal de St. Petersbourg», «Голосом», «Новым временем» и «Московскими ведомостями» — находиться в качестве представителей русской печати в Особом присутствии Правительствующего Сената на политическом процессе «О злодейском событии 1 марта 1881 г.». Позже газета Стасюлевича будет лишена подобных льгот, выделявших несколько изданий из прочих.

2 мая 1881 г. «П.» вышел с двумя пустыми колонками на 4 странице; 3 мая было опубликовано распоряжение министра внутренних дел о запрете на месяц газете печатать частные объявления. В этом же номере редакция извинилась перед читателями, объяснив незаполненный отдел объявлений поступившей информацией о запрете лишь в четвертом часу ночи и невозможностью найти наборщиков в это время. Тем не менее современники (например, В. П. Мещерский) восприняли пустые столбцы как опосредованный протест против цензуры.

Номер газеты от 28 мая был на несколько часов арестован (это произошло впервые, как утверждал Стасюлевич, с 1865 г.), затем без каких бы то ни было перемен газету отправили к подписчикам.

Цензоры обращали внимание на статьи о малоземелье крестьян (сообщения могли послужить темой для вредных агитаторов), нападки на систему классического образования, политические обозрения «П.». Замечания редактору делались за «Очерки общественной жизни», за передовую статью о политике Лорис-Меликова и др. А. Г. Петров сообщал о статье К. Д. Кавелина «По дороге» с резкими выпадами против «Московских ведомостей» М. Н. Каткова; В. М. Ведров предлагал вынести предостережение за статью о бедственном положении крестьян Полтавской губернии. С. И. Коссович, подготовив летом 1881 г. доклад «О предосудительном направлении газеты «П.», подчеркнул главную цель издания — указание на необходимость переустройства существующего строя введением конституции.

Исследователь издательского комплекса Стасюлевича В. Е. Кельнер считал, что Стасюлевич рассматривал все изменения политического развития страны в 1870—80‑х гг. сквозь призму отношения к печатному слову. Всего в «П.» было напечатано 305 оригинальных и перепечатанных статей, корреспонденций, фельетонов, так или иначе относящихся к теме свободы слова. Отношение к цензурной практике было видно по употреблявшимся в «П.» выражением «произвол цензоров», «опустошения красного карандаша», «преследование любой свежей мысли», «освобождение от цензурных пелен» и др.

115 сообщений относились к юридическому положению отечественной прессы. Лейтмотивом выступлений «П.» была мысль о том, что отсутствие законов приводит к произволу; свобода печати возможна лишь при действительном праве прессы обсуждать все явления общественной жизни. Реагируя на возникшие слухи о выработке новых правил о печати, в которых предполагалось заменить судебное расследование преступлений печати административными карами, «П.» назвал эту информацию невероятной и противоречащей общим законам государства.

Теме тяжелого положения провинциальной печати было посвящено 84 материала. В «П.» шли корреспонденции из Архангельска о цензуре исправников над корреспонденциями ссыльных, из Смоленска о прошении жителей сократить срок приостановки «Смоленского вестника», из Тифлиса о быстрой гибели частных газет с одновременным удвоением состава кавказского цензурного комитета. Несколько сообщений было посвящено вычеркам цензора «Сибирской газеты» из циркуляра министра внутренних дел как неподходящих для провинциального издания.

Общие вопросы свободы печати и слова разрабатывались в 36 публикациях. Редакция констатировала сложившиеся взгляды властей на оппозицию почти как на бунт, желание правительства видеть печать лишь своим эхом. Активно включился «П.» в обсуждение слухов о субсидировании нового правительственного издания для народа, утверждая, что средством основания истинно народной газеты может быть лишь свобода печати. В фельетонах Г. К. Градовского приводились воспоминания о встрече петербургских редакторов с А. Е. Тимашевым, самобытность русской печати трактовалась как способность молчать на самые злободневные темы, широко освещался судебный процесс над газетой «Москва» И. С. Аксакова. В «Письмах о политике» Е. И. Утина высказывались мысли о взаимосвязи политической несвободы общества и подневольном состоянии печати.

В историческом плане «П.» вспоминал пострадавшего от цензуры А. С. Пушкина, «Записку об увольнении крепостных крестьян» В. Ф. Одоевского, в которой он высказывался за печатную гласность, приводились воспоминания об отношении Ф. М. Достоевского к цензуре; сообщалось о рукописных газетах Франции XVII—XVIII вв., избегавших нападок цензуры.

Духовной цензуры в России касались 5 материалов, иностранной — 4, драматической — 2, по одной публикации было посвящено цензуре министерства народного просвещения и цензурированию музыкальных сочинений.

57 статей освещали положение печати в мире. Среди них бóльшая доля известий была прислана из Франции (30), затем шла информация из Германии (9), Англии (6), Болгарии (3), Турции (2), Румынии (2), Австрии (1), Сербии (1), Португалии (1). Три корреспонденции были присланы с Венского международного конгресса, где обсуждались вопросы авторского права и цензурного положения печати.

В письмах из Франции парижский корреспондент Ф. А. Фукье присылал подробные отчеты о прениях во французской палате депутатов по поводу нового закона о печати, его суть и редакционные комментарии; рассказывал о нелюбви парижан к любому преследованию печати. Англичанин Э. Бизли сообщал о перлюстрации писем в Лондоне, отсутствии наказаний за самые революционные выступления печати (несмотря на множество законов). По рекомендации Тургенева Бизли писал на разные темы, исключая лишь упоминания о русских эмигрантах в Лондоне.

На страницах газеты постоянно велась полемика с «Московскими ведомостями» М. Н. Каткова и «Русью» И. С. Аксакова (в т. ч. о свободе печати). «П.» часто перепечатывал сообщения из «Голоса» А. А. Краевского, «Земства» В. Ю. Скалона, «Русского курьера» Н. П. Ланина и пр. о свободе печати; помещал передовые о клевете и диффамации в печати. В октябре 1881 г. на страницах «П.» был помещен отчет о суде над редактором «Нового времени» М. П. Федоровым и автором фельетона В. П. Бурениным, обвинявшимся М. М. Стасюлевичем в клевете (Стасюлевич процесс выиграл).

Накануне убийства Александра II в передовой статье «П.» высказывалось опасение, что, несмотря на очевидное улучшение положения печати, отсутствие обязательных законов может в любой момент повернуть историю вспять, и пресса вновь может встретиться с прежним взглядом на нее как на зло (28 февраля).

2 марта редакция сообщала читателям, что текст нового закона о печати в целом подготовлен, и пожелала его скорейшего претворения в жизнь. Эта позиция газеты произвела сильное впечатление на читателей. Так, консервативный писатель К. Ф. Головин позже вспоминал, что на следующий день после катастрофы 1 марта «П.» лишь высказал холодное опасение усиления цензурных строгостей.

Редакция тщательно следила за всеми административными действиями по отношению к «запуганному, забитому печатному слову». Предостережения «Голосу» и «Стране» были восприняты «П.» как признак подавления общественного мнения (7 марта). Утешительным фактом считал «П.» привлечение редактора и корреспондента «Санкт-Петербургских ведомостей» к суду — вместо вынесения административного наказания (14 марта), унизительным явлением — по сравнению с Сербией и Болгарией — невозможность в России свободы печати (8 апреля). Сожалея о приостановке в июле 1881 г. «Голоса», редакция утверждала всю бессмысленность такой меры, т. к. вызвавшие нарекание статьи были изучены даже теми, кто никогда газету А. А. Краевского не читал. Когда преемница «Голоса» «Новая газета» В. И. Модестова объявила о невозможности дальнейшего существования, «П.» осмелился просить о сокращении срока приостановки «Голоса», мотивируя просьбу отсутствием чтения для интеллигентной публики.

В первой передовой за 1882 г. редакция осталась верна своим программным требованиям, высказав желание уравнять со столичной прессой хотя бы журналистику университетских городов (если невозможно принять общие и повсеместные законы о печати).

За день до остановки, приветствуя возрождение «Голоса», «П.» предрекал близость времен, когда для печати будет установлено более легальное положение (7 января). Последний номер газеты вышел 9 января 1882 г. Формальным поводом к приостановке «П.» на полтора месяца послужил напечатанный 8 января отчет о заседании Московской городской думы. Министр внутренних дел Н. П. Игнатьев счел думский отчет материалом государственной важности. Сообщая о приостановке газеты Победоносцеву, Игнатьев спрашивал, доволен ли его действиями обер-прокурор Синода. Из письма П. В. Анненкова в ответ на несохранившееся послание Стасюлевича видно, что административная мера «П.» была вызвана сведением личных счетов министра с издателем.

Стасюлевич составил жалобу на превышение власти министром внутренних дел, т. к. приостановка выпуска была наложена не Главным управлением по делам печати. Жалоба, адресованная в I департамент правительствующего Сената, осталась неудовлетворенной, и Стасюлевич в знак протеста, понимая невозможность дальнейшего выхода либеральной газеты, принял решение об отказе от издания. В феврале 1882 г. им было подано прошение в Главное управление по делам печати о прекращении газеты. Не зная об этом, В. Ф. Корш в декабре 1882 г. предлагал Стасюлевичу передать ему право на издание «П.».

Закрытие «П.» вызвало поток сочувствующих писем Стасюлевичу. И. С. Тургенев утверждал, что понять правительство, которое таким образом сослепу бьет своих друзей, невозможно. Н. Ф. фон-Крузе сообщал, что в Москве все возмущены бессмысленными действиями властей. П. В. Анненков прислал похожее письмо, рассказав о недоумении и огорчении всех благомыслящих в Бадене, кому был дорога газета, боровшаяся за «свободу и европеизм».

Стасюлевич объяснял нелегкое для него решение полезностью закрытия газеты в сложившихся цензурных условиях.

Арх.: ГАРФ. Ф. 730. Оп. 1. Д. 3908; ОР РНБ. Ф. 423. Д. 1045; РО ИРЛИ (ПД). Ф. 293. Оп. 1. Д. 1769; РГИА. Ф. 776. Оп. 6. Д. 548; Ф. 776. Оп. 8. Д. 5; Ф. 777. Оп. 3. Д. 82.

Лит.: Розенберг В. А., Якушкин В. Е. Русская печать и цензура в прошлом и настоящем. М., 1905; М. М. Стасюлевич и его современники в их переписке / под ред. М. К. Лемке. Т. I—V. СПб., 1911—1913; Арсеньев К. М. М. Стасюлевич // Вестник Европы. 1911. № 2. С. III—VIII; Слонимский Л. М. М. Стасюлевич как редактор // Вестник Европы. 1911. № 3. С. 410—416; Кони А. Ф. М. М. Стасюлевич как характер // Вестник Европы. 1911. № 3. С. 416—426; К. П. Победоносцев и его корреспонденты: письма и записки. М.; Пг., 1923. Т. 1; Мостовская Н. Н. Письма М. М. Стасюлевича к И. С. Тургеневу // Тургеневский сборник: материалы к полному собранию сочинений и писем И. С. Тургенева. Л., 1967. Вып. 3II. С. 382—401; Мостовская Н. Н. Тургенев и газета М. М. Стасюлевича «Порядок» // Тургеневский сборник: материалы к полному собранию сочинений и писем И. С. Тургенева. Л., 1968. Вып. 4. С. 282—292; Кельнер В. Е. Петербургская газета «Порядок»: (из истории либеральной прессы 80‑х гг. XIX в.). // Solanus. London. 1991. New ser. Vol. 5. P. 108—119; Кельнер В. Е. Человек своего времени: (М. М. Стасюлевич: издательское дело и либеральная оппозиция). СПб., 1993; Кельнер В. Е. Общественно-политическая жизнь в России и издательское дело в 70—80‑х гг. XIX в.: (на материалах деятельности М. М. Стасюлевича): автореферат докторской диссертации. СПб., 1995; Патрушева Н. Г. Газеты Санкт-Петербурга и система административных взысканий (1865—1905) // Петербург газетный, 1711—1917. Тюмень, 2009. С. 174—199.
(0.5 печатных листов в этом тексте)

Размещено: 10.02.2016
Автор: Сонина Е.С.
Размер: 18.57 Kb
© Сонина Е.С.

© Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов)
Копирование материала – только с разрешения редакции

 

© Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов). Копирование материала – только с разрешения редакции