ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание ОТКРЫТЫЙ ТЕКСТ Электронное периодическое издание Сайт "Открытый текст" создан при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям РФ
Обновление материалов сайта

29 апреля 2017 г. продолжение материалов: Виртуальные экскурсии по архивно-археологической выставке «Человек. Эпоха. Место», книга "Мир животных пословицах, поговорках, приметах и повериях" (сост. Н.И. Решетников).


   Главная страница  /  Цензура и текст  /  Россия (Russia)  /  После 1917 г.  / 
   Библиотека  /  Книги и статьи

 Книги и статьи
Размер шрифта: распечатать





Куренков Г.А. Переход цензуры на «военные рельсы». Главлит 22 июня 1941 г. – декабрь 1941 г. (23.78 Kb)

Куренков Г.А. 

Переход цензуры на «военные рельсы». Главлит  22 июня  1941 г. – декабрь 1941 г.

Как не пыталось советское государство предотвратить или же отодвинуть на более поздний срок войну с Германией и ее союзниками, - неотвратимо предполагаемое стало реальностью 22 июня 1941 года. Не все, как, оказалось, было полностью готово к отражению агрессии. Но к войне исподволь готовилась вся страна, органы государственной власти и управления, партийные органы ВКП(б). К военному времени готовился и аппарат Уполномоченного СНК СССР по охране военной и государственной тайны в печати и  Главлит РСФСР. Как мы знаем, с конца 1930 - ых годов до начала войны были предприняты ряд организационных и превентивных мер по защите военной и государственной тайны, что является составной часть контрразведывательной работы, особенно в предвоенный и военный период. Так,   9 июля 1939 года были утверждены «Дополнения к перечню сведений, составляющих военную и государственную тайну, на военное время», которые должны были вводиться в действие при объявлении Президиумом Верховного Совета СССР частичной или общей мобилизации,1 23 июля 1939 года «Перечень сведений, составляющих экономическую тайну (Экономический перечень)». Постановлением СНК СССР от 2 января 1940 года была утверждена общегосударственная «Инструкция по ведению секретных и мобилизационных работ и делопроизводства в учреждениях и на предприятиях»,  19 января 1940 года  - «Перечень сведений, составляющих военную тайну». Приказом Уполномоченного СНК СССР по охране военной и государственной тайны в печати и начальника Главлита РСФСР Н. Г. Садчикова от 8 марта 1941 г. № 14/716с п. 5б,  был введен в действие «Перечень сведений, являющихся по своему содержанию государственной и военной тайной», в новой редакции¸ которым руководствовались вплоть до начала Великой отечественной войны,1 а 30 мая 1941 года на заседании Секретариата ЦК был представлен проект правил охраны государственной (военной и экономической) тайны в печати, который к 10 июня 1941 года должен был быть представлен проект уже с учетом, внесенных ведомствами поправок и изменений. Главлит, к этому времени, уже выполнял функции военного периода, как было, например, во время советско-финской войны. Так, циркуляром от 08.04.1941 г. № 300/с, давались указания органам цензуры в сохранении тайны и тех сведений, которые возникли в ходе боевых действий на фронте.2 Также усиливалась и ответственность цензоров и редакторов изданий по партийной линии. Так, фактически за месяц до Великой Отечественной войны, в циркулярном письме Главлита  от 19.05.1941 г. № 1431с всем начальникам Главкрайобллитов, начальникам отделений и уполномоченным центрального аппарата, указывалось, «…что редакторы не несут ответственность за разглашение сведений, так как не имеют Перечня…, а ответственность несет цензор, но редактор, который неоднократно предупреждался цензором о необходимости снятия материалов, разглашающих государственную (военную и экономическую) тайну…отвечает вплоть до постановки вопроса перед партийными органами о привлечении к партийной ответственности».3

С началом войны, указом Президиума Верховного Совета СССР  22 июня 1941 года на территории ряда республик, краев и областей было объявлено военное положение. В связи с началом военных действий и в целях усиления охраны государственной тайны, вводится в действие «Дополнения к Перечню сведений, составляющих военную и государственную тайну, на военное время», которое уже на второй день войны,  23 июня 1941 г., Главлит направляет в ЦК ВКП(б)  и СНК СССР и предлагает утвердить перечень на военное время, ввести цензуру писем и телеграмм, поступающих из-за границы и отправляемых из страны, а также на территориях, где  объявлено военное положение, причем цензуру предлагалось возложить на НКГБ, а в учреждениях полевой почты – на органы наркомата обороны, а также прекратить выпуск многотиражек промышленных предприятий, отраслевых журналов наркоматов, организаций, учреждений, прекратить высылку по подписке и в порядке обмена печать из СССР в Германию, Италию, Румынию, Финляндию, Болгарию, Грецию, Норвегию и в другие, оккупированные страны, аннулировать подписку, принятую от иностранных представительств перечисленных государств, на все издания, выходящие в СССР, запретить переговоры частных лиц по международному и радиотелефонам.1 С 22 июня 1941 г. цензурными органами по всей стране был введен в действие  «Перечень сведений, составляющих военную и государственную тайну на военное время»; введены требования Перечня в телеграфной переписке и междугородних телефонных переговоров; запрещен вывоз за границу заводских, районных, городских, областных, краевых, республиканских газет; запрещена межрайонная и межобластная подписка внутри страны.2

С началом войны, естественно, увеличилось количество сведений, составляющих тайну, сразу приобрели особое значение военные и экономические сведения - не теоретическое, а реальное воплощение, с которыми сталкивается страна в целом и конкретный человек каждый военный день. Практическое воплощение приобрела защита сведений о численности личного состава Кранной Армии; дислокации воинских частей, оперативные военные планы, переброска войск и грузов, сведения о новой боевой технике и вооружения, производство оборонной продукции и все сведения, предусмотренные Перечнем на военное время. С увеличением сведений необходимо было повысить оперативность работы, а в связи с уходом на фронт цензоров и контролеров повысилась и нагрузка на оставшихся сотрудников. Со временем остро встал вопрос подбора новых кадров для цензуры. Так, к 1944 году в органы цензуры пришло 80 процентов новых сотрудников, которых необходимо было обучить практической работе. Реальный смысл приобрели и слова об ответственности и бдительности цензурных работников, воспитании в духе непримиримого отношения к проявлению беспечности. Так теория перехода цензуры на работу в военное время превращалась в практику. Перед войной, был утвержден порядок, по которому перечни сведений, составляющих тайну, должны были пересматриваться каждые полгода. В военных условиях на практике обозначились как и предполагаемые сведения, так и появлялись новые, не обусловленные ранее соответствующими перечнями, сведения, которые по своей сути составляют военную и государственную тайну. В военное время данные вопросы должны были решаться более  оперативным путем. Это решалось постановлениями ЦК ВКП(б) и СНК СССР по представлению Уполномоченного СНК СССР по охране военной и государственной тайны в печати и начальника Главлита РСФСР (далее – Уполномоченный СНК СССР), а иногда приказами и циркулярными письмами Начальника Главлита, а затем претворялось в жизнь.

Какие же меры были приняты Главлитом и какие сведения подлежали засекречиванию в первые месяцы после начала войны? С кем взаимодействовал Главлит по вопросам защиты военной и государственной тайны? О некоторых мерах по защите информации с начала войны мы уже упомянули в начале статьи. Приведем некоторые примеры по хронологии событий. Так уже 25 июня 1941 года приказом Начальника Главного управления гидрометеорологической службы Союза ССР при СНК № 271сс  во всех ведомствах СССР был установлен на военное время порядок сбора, распространения и использования гидрометеорологических сведений на условиях секретного кодирования. Все метеобюллетени были внесены в разряд документов с грифом «секретно» и «дсп». Данный приказ был согласован с Генштабом РККА, НКВД, НКГБ, Главморштабом ВМФ.[1] Приказами Уполномоченного СНК СССР в июне 1941 года были аннулированы подписки и выписки советских изданий иностранных представительств и консульств…Германии, Италии, Румынии,  Греции, Финляндии, Венгрии, Словакии. Также запретили в военное время продажу, а библиотекам выдавать, карты, схемы, атласы, планы путей сообщений, справочники, фотоснимки городских улиц, сооружений (шлюзы, плотины, мосты, электростанции, железнодорожные станции и вокзалы,  предприятия, фабрично-заводские корпуса  и т. п.).2 По военным вопросам Главлит взаимодействовал с военным командованием, так по указанию Генштаба Красной Армии в целях сокрытия масштаба гарнизонов, запрещалось показывать в публикациях приказов и распоряжений военные звания начальников гарнизонов3, циркулярным письмом Главлита № 1780/с от 28.06.41 г. всем Главкрайобллитам было предписано следить, чтобы  при опубликовании объявлений о введении военного положения, в приказах военного командования или постановлениях  о военном положении на местах не должны упоминаться номера и названия воинских частей.4 В целях экономии средств, приказом Уполномоченного СНК СССР с 01.07.1941 г.  было временно запрещено издание 174-х журналов с общим тиражом 4762 тыс. экземпляров.5

Фронт двигался на восток, противником занимались все большие территории, ранее являющиеся тылом, на которых находились наши  гражданские и военные объекты. Необходимо было не дать разглашать сведения о работе и подготовке тыла к обороне. Так, циркулярными письмами Уполномоченного СНК СССР всем начальникам Главкрайобллитов, начальникам отделений и уполномоченным центрального аппарата в июле 1941 года, запрещалось в открытой печати и радио давать сведения о работе Гражданского воздушного флота в военное время, дислокацию флотилий, авиаотрядов и авиагрупп, территориальных управлений ранее разрешенных, запрещалось также разглашать все сведения о работе аэроклубов Осоавиахима в военное время и дислокацию их аэродромов,1        не разрешалось издание книг, статей, газет и радиопередач по вопросам противовоздушной обороны без визы ГУ МПВО НКВД,2 а также показывать организационную структуру частей народного ополчения (корпус, дивизия, полк и т. д.), пункты обучения и расположения, их численный состав и нумерацию. В целях популяризации можно было показывать лишь факты организации, обучения, проведения занятий народного ополчения в том или ином городе,3  запрещалось упоминать в открытой печати заводы и фабрики, подвергшихся бомбардировкам. О рабочих - стахановцах разрешалось упоминать как рабочих  «Н-ских» заводов.4 Когда над Москвой нависла военная угроза и самолеты врага уже могли ее бомбить, Уполномоченный СНК СССР Н. Г.  Садчиков пишет 17 июля 1941 года письмо в СНК СССР Н. М. Швернику с просьбой назначить место и срок эвакуации из Москвы секретных архивов цензуры и уникальных произведений печати Всесоюзной книжной палаты.1 Просьба была удовлетворена и местом для эвакуации был назначен город Чкаловск (ныне г. Оренбург), в здание местного обллита. Для этого выделили для начала пять вагонов. Считалось что, центральный аппарат Главлита под руководством заместителя начальника Главлита  Павла Петровича Пронина, командирован в г. Чкаловск.2 В 1941 году было  три группы местонахождения Главлита: В Куйбышеве: ИНО - 11 цензоров и 7 радиоцензуры, 2- ТАСС, 1- предварительная цензура журналов; в Чкалове: 6 человек - последующий контроль за крайобллитами; в Москве – 11 цензоров (4-радиоцензура, 1- газета «Известия», 2- «Правда», 2- ТАСС, 2 – центральный аппарат.3

В конце 1941 года информационным письмом № 6 от 23.12.2941 г. Уполномоченного СНК СССР  Н. Г. Садчикова  даются дополнительные разъяснения по сведениям, что нельзя показывать в печати и радио: 1. Об эвакуации предприятий: а) Не показывать, откуда какие заводы эвакуировались в область, город, районы и их нового месторасположения. б) Ограничить упоминание фамилий директоров эвакуированных заводов при этом директоров, известных на старом месте по Указам Президиума Верховного Совета или по печати, вовсе не указывать. В районных газетах об эвакуированных заводах печатать не разрешалось; 2. О госпиталях: О нахождении «Н-ского» госпиталя в области без указания города или района его местонахождения в областной газете печатать разрешается. При упоминании о госпитале в открытой печати нельзя указывать лишь количество больных, характер ранений, с какого фронта больные и т. п. сведения, запрещенные дополнениями на военной время; 3. По транспорту: Запрещается согласно дополнения…все сведения о времени, пунктах отправления, прибытия, составе и маршрутах воинских поездов с воинскими частями и военными грузами…о системах паровозах на дорогах.1

Отдельно стоить отметить, что в связи с поставками по Ленд-лизу, которые считались секретными, категорически запрещалось упоминание в печати о прибывших из-за границы в порты СССР транспортах, о путях их следования, время прибытия, характер перевозимого груза, порт прибытия, названия транспортов, все сведения конвоя (транспорты и  сопровождающие их военные корабли).2

В центральный аппарат Главлита поступали ежедневные сводки по данным цензуры по таким параметрам, как: I.         Материалы, не допущенные в печать предварительной цензурой; II.       Разглашение сведений в печатной продукции, обнаруженные последующим контролем Главлита; III. Издания, задержанные последующим контролем Главлита; IV. Материалы, изъятые из иностранной литературы, поступившей в СССР; IV.         Перегибы, допущенные предварительной цензурой.

Изменялась и практика работы с секретной партийной информацией. Есть упоминание о заседании Секретариата ЦК ВКП(б) от 24 августа 1941 года, на котором рассматривался вопрос «О шифрсвязи с райкомами и горкомами».

Как видно, задачи цензуры в связи с войной усложнились. Как отметил в  информационном письме № 4 от 20.09.1941 г. Уполномоченный СНК СССР Н. Г. Садчиков всем начальникам Главкрайобллитов, начальникам отделений и уполномоченным центрального аппарата: «В условиях военного времени цензура должна быть, как никогда, гибкой и строгой. Это должен глубоко осознать каждый цензор страны».1 В связи с этим Главлитом проводились обследования работы местных Главлитов. Так, с 8-24 сентября 1941 г. были обследованы Куйбышевский, Саратовский, Сталинградский, Чкаловский Главлиты по исполнению циркуляра о введении в действие дополнения  к Перечню на военное время.2 Целью обследования было решение задач: 1.Как перестроить органы цензуры в условиях военного времени; 2.Какие возникают вопросы и как решаются. 3. Внесение поправок во время проверки. 4. Разрешать вопросы непонятные цензорам на месте. 5.Осуществление связи местных обллитов с обкомами, руководство с их стороны местными органами цензуры и помощь им. Для этого необходимо было выяснение вопросов:

1.      Как выполняются облитами требования в условиях военного времени.

2.      Поведены ли совещания.

3.      Высланы ли письма с конкретными инструкциями для райуполномоченных.

4.      Имелись ли случаи выхода печатной продукции без санкции цензуры.

5.      Как осуществляется контроль за типографиями.

6.      Были ли обсуждены вопросы цензуры в обкомах и как выполняются решения.

7.      Знания Перечня…, дополнений, циркуляров, их изучение и понимание.

8.      Реагирование на циркуляры и приказы Главлита обллитами.

9.      Инструктаж конкретных вопросов по цензурной работе.

а) разглашение, идеологические ошибки, перегибы…и что сделано.

б) постановка контроля.

в) быстрота реагирования на разглашения и ошибки цензоров.

г) связь с руководящими партийными и советскими органами.

д) совещания уполномоченных и оценка их деятельности.

10. Работа облита в количественном выражении:

а) количество газет (областных, районных, многотиражек) и журналов.

б) Издательства и их продукция.

в) мелкопечатный материал.

г) типографии.

д) радиовещание.

11. Кадры и аппарат обллита.

12. Работа по изъятию политически вредной  и устаревшей литературы.

13. Делопроизводство по секретной переписке.1

Отдельно в конце 1941 года было уделено вопросу освещения критики и самокритики в  печати и радиовещании. Так в  информационном письме № 6 от 23.12.2941 г., утверждённого Уполномоченным СНК СССР по охране военной тайны и начальника Главлита Н. Г. Садчиковым, отмечалось, что сначала органы цензоры огульно снимали с печати и эфира все отрицательные явления, что является неправильным. Цензорам было указано  не злоупотреблять вечерками критики, а, где возможно, оставлять реально показанные недостатки, в целях их устранения.2

Таким образом, начало Великой Отечественной войны потребовало в оперативном порядке перестроить работу органов цензуры как в центре, так и на местах, на военный лад. Теоретическое обоснование функционирования органов цензуры в условиях военного времени получило свое практическое воплощение. Проделанная до войны работа дала возможность перестроиться на «военные рельсы» в кротчайшие сроки. Уже в первые дни войны были введены в действие подготовленные на этот случай «Дополнения к Перечню сведений, составляющих военную и государственную тайну, на военное время» и другие документы на военный период. Кроме того, постоянно давались указания органам цензуры в сохранении тайны и  тех сведений, которые возникали в ходе боевых действий на фронте. Главлит проводил свою работу в тесном взаимодействии с ЦК ВКП(б), СНК СССР,  РККА и ВМФ, НКВД, НКГБ и другими органами власти и управления страны.  Преследовалась одна цель, - не дать противнику полезную для него информацию, а беспечность и недопонимание в этом плане как до, так  даже и во время войны, особенно в начальный период, присутствовала, о чем говорит большое количество «вычерков», сделанных органами цензуры,  хотя не обходилось не без «пропусков» и перегибов с их стороны.  Это было связано с не всегда достаточным количеством и квалификацией сотрудников, обусловленных широтой и объемом сведений, требующих цензурирования.  В целом Главлит в начальный период войны столкнулся с решением таких же проблем, как и вся страна, связанных с общей обстановкой военного времени и  с быстрым продвижением войск противника. Не всегда успевали в быстроменяющейся обстановке, остро вставал вопрос с кадрами и организацией работы, но в результате проводимых проверок органов цензуры и получения центральным аппаратом Главлита ежедневных сводок, которые затем передавались  в СНК СССР и ЦК ВКП(б) для анализа и принятия решений,  выяснялась ситуация, выявлялись и исправлялись недостатки, делались соответствующие оргвыводы.

В итоге, можно отметить, что с началом войны, вопросы решались более оперативно, чем в мирное время, имелся контроль исполнения, секретное делопроизводство, хотя не без недостатков, велось согласно правилам, но и имели место перегибы и ошибки в работе органов цензуры, вычеркивание критики и самокритики, и, к примеру, плохо обследовались типографии. В общем и целом, принятые в стране меры по защите военной и государственной тайны, и в частности работа аппарата Уполномоченного СНК СССР и Главлита РСФСР, позволяла перекрывать каналы утечки секретной информации через газеты, журналы, радио, различные многотиражные и ведомственные издания, литературу и т. д. и до минимума свести разглашение секретных сведений.

Публикуется впервые. 



1 См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 17. Л. 60-66.

1 См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1Д. 21. Л. 55

2 См. Там же. Д. 24. Л. 7

3 См. Там же. Д. 22. Л. 34

1 См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 19. Л. 171-173

2 См. Там же. Оп.1. Д. 24. Л. 7-9

[1] См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 22. Л. 38- 43

2 См. Там же. Д. 21. Л. 90-91

3 См. Там же. Д. 22. Л. 57

4 См. Там же. Л. 56

5 См. Там же. Д. 21. Л. 92-97

1 См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 22. Л. 58

2 См. Там же. Л. 66

3 См. Там же. Л. 65

4 См. Там же. Д. 22. Л. 69

1 См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 20. Л. 39-44

2 См. Там же. Д. 21. Л. 101

3 См. Там же. Д. 35. Л. 27-29

1 См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 22. Л. 91-92

2 См. Там же. Д. 22. Л. 73

1 ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 23. Л. 33

2 См. Там же. Д. 21. Л. 112-113

1 См. ГА РФ. Ф. Р-9425. Оп.1. Д. 21. Л. 114-135

2 См. Там же. Д. 22. Л. 91-92

 

 


(0.6 печатных листов в этом тексте)
  • Размещено: 26.06.2014
  • Автор: Куренков Г.А.
  • Ключевые слова: история советской цензуры, Главлит,
  • Размер: 23.78 Kb
  • постоянный адрес:
  • © Куренков Г.А.
  • © Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов)
    Копирование материала – только с разрешения редакции

Смотри также:
Ф.К. Ярмолич. “Жизнь” райлита в 1930-е гг. (на материалах Ленинграда, Карелии и Мурманска)
Г. А. Куренков. Деятельность Главлита по защите военной и государственной тайны в 1942 году
Е.С. Власова. Забытая страница истории советской музыки (неизвестный пленум Союза советских композиторов СССР 1966 г. по проблемам современного музыкального языка)
Хезер Д. ДеХаан. Цензура в Архивах Советского Баку
П.В. Батулин. Мосгублит в середине 1920-х гг.
Куренков Г.А. Переход цензуры на «военные рельсы». Главлит 22 июня 1941 г. – декабрь 1941 г.
Л.А. Молчанов «Цензура является… унижением и поношением всей нации» (цензура белого востока России в 1918 - 1919 гг.)
Е. М. Раскатова. О месте Главного управления по охране государственных тайн в печати при СМ СССР в системе советской власти (сер. 1960-х – начало 1980-х гг.)
Г.А. Куренков. «Особая папка» (до Великой Отечественной войны)
Г.А. Куренков. Секретные партийные архивы (хранение секретных документов)
Е.И. Яркова. 1920 год глазами населения Урала. Сводки военной цензуры о письмах граждан уральских губерний
Раскатова Е.М. 1968 год и проблема исторического самоопределения советской художественной интеллигенции
М.А. Миловзорова, Е.М. Раскатова «О поведении режиссёра Любимова...» /(К истории создания спектакля «Владимир Высоцкий» Театром драмы и комедии (на Таганке)/
Е.М. Раскатова, М.А. Миловзорова. Власть и художник в эпоху позднего социализма: парадокс М.Ф. Шатрова
Айна Штрале. Закат цензуры в советской Латвии 1985 - 1990 гг.
Е.М. Раскатова. Главное управление по охране государственных тайн в печати при СМ СССР (Главлит) и новые реалии художественной жизни в конце 1960-х –– начале 1980-х гг.
М. Виноградов. Музей и выставки как объекты цензуры в Горьковской области в 1953-1964 гг.
Е.М. Балашов. Практика политической «цензуры» архивных документов советского периода в Ленинграде (1920-е – 1980-е годы)
Голубев А.В. «Строительство дома цензуры» (к вопросу о закрытости советского общества)
Наумова О.И. Вспоминая Ирину Васильевну Сидорову…
Т.С. Протько. Система политической цензуры в Белоруссии 20-х – 30-х годов
Э. И. Колчинский. Установление контроля над научным сообществм как необходимое условие контроля над информацией.
Д.Н. Муравьев. Провинциальная пресса и цензура в период Перестройки 1985 – 1991 годов
Е.Н. Ефремова. Статус советского цензора в отчетах Свердлобллита
Позднякова И.С. Державне видавництво РСФРР та контроль над видавничою справою у 20-х рр. ХХ ст.
Галай Ю.Г. Советская цензура и нижегородские издания конца 40-х годов ХХ столетия
В.Н. Монахов. Последняя точка в истории Главлита
Depretto Catherine LA CENSURE À LA PÉRIODE SOVIÉTIQUE (1917-1953) : ÉTAT DE LA RECHERCHE

2004-2017 © Открытый текст, перепечатка материалов только с согласия редакции red@opentextnn.ru
Свидетельство о регистрации СМИ – Эл № 77-8581 от 04 февраля 2004 года (Министерство РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций)
Rambler's Top100