Давыдов А.И., Петряев С.В. Дом Переплетчикова на Живоносновской улице в Нижнем Новгороде (чайная «Столбы»). Строительная история

13 июня, 2022

Разработка Научно-исследовательским предприятием «Этнос» проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия регионального значения «Дом, в котором по инициативе Максима Горького была открыта для городской бедноты чайная «Столбы» заставила вновь обратиться к истории этого памятника. Этому и посвящена публикуемая статья, основанная, прежде всего, на архивных источниках и газетных публикациях, а также на исследованиях, ранее проведенными нижегородскими краеведами, в частности, В.В. Красновым, предоставившим свои материалы для разработки проекта реставрации памятника.

Рассматриваемый объект (Нижний Новгород, ул. Кожевенная, д. 11) исторически является зданием, выстроенным нижегородским первой гильдии купцом, почетным гражданином и городским головой Федором Петровичем Переплетчиковым. Памятник входит в состав архитектурно-градостроительного комплекса бывшей Верхне-Живоносновской или просто Живоносновской улицы, расположенной под кремлевским холмом.

Каменная застройка здесь начала возводиться после пожара, происшедшего в мае 1819 года, уничтожившего значительную часть Нижнего Посада[1]. Об этом свидетельствуют архивные чертежи землеотвода под новое строительство на Живоносновской улице, датируемые, в основном, 1820-ми годами[2]. Ее направление  окончательно было установлено при разработке очередного генерального плана Нижнего Новгорода в 1834 – 1839 годах[3]. К этому времени и относится рассматриваемый нами дом Ф.П. Переплетчикова, хотя еще в 1822 году им были приобретены лавки в соседнем «соленорыбном ряду»[4] (вероятно, на углу будущего Рыбного переулка и Живоносновской улицы).

Автором проекта здания являлся нижегородский архитектор Георг Иванович Кизеветтер. Выстроенное в стиле ампир, с шестиколонным классицистическим портиком, объединяющим два верхних этажа, своим архитектурным решением оно выделялось среди торгово-складской застройки Живоносновской улицы. На это еще в середине XIX века обратил внимание в своем описании города первый нижегородский историк Николай Иванович Храмцовский, указав что этот дом «замечателен по своей архитектуре. За проект его господин Кизеветтер, бывший в Нижнем городовым архитектором, получил высочайшую благодарность»[5].

История проектирования и строительства здания, основанная на архивных документах[6], широко отражена в краеведческой и научной литературе по истории нижегородской архитектуры[7]. Наиболее подробно она изложена у Николая Филипповича Филатова, работами которого мы и воспользуемся с некоторыми уточнениями.

Прошение о постройке трехэтажного «на погребах» (то есть с подвалом) дома Ф.П. Переплетчиков вместе с женой и братом подал в Строительный комитет об устройстве города Нижнего Новгорода в январе 1837 года. 12 февраля «планы-фасады», разработанные Г.И. Кизеветтером, были рассмотрены там. При этом автор проекта пояснял, что «при составлении фасада вновь предполагаемой сей постройки между двумя существующими ныне флигелями я, согласуясь с желанием просителя, старался, сколь возможно, чтоб строение сие соответствовало своему назначению с сохранением правильности архитектуры… Строение сие может стоить до 45 000 рублей». Однако смета не была составлена, поскольку строительство предполагалось вести «иждивением» заказчика и его рабочими.

Под назначением здания понималось его использование как доходного. Также из пояснения следует, что по сути дела проектировалась вставка между уже существовавшими флигелями, фиксировавшими углы Ивановской улицы (ныне Кожевенный переулок) и Рыбного переулка, вероятно, на месте какого-то старого строения.

10 марта 1837 года проект, в соответствии с требованиями того времени, был послан в Санкт-Петербург на «высочайшее» утверждение. Однако возникли сложности и с подтверждением прав застройщика на земельный участок. Поэтому первое прошение вместе с проектом  было возвращено без рассмотрения.

На решение  возникших  вопросов ушло более года. Наконец 26 марта 1838 года проект был утвержден Николаем I. Из формулярного списка видно, что при «утверждении фасада… на постройку каменного трехэтажного дома нижегородскому купцу… Переплетчикову Государь… повелеть соизволил городовому архитектору Кизеветтеру объявить монаршее Его Величества удовольствие за красоту сего фасада»[8].

 25 апреля 1838 года проект был вручен для исполнения Ф.П. Переплетчикову, а Г.И. Кизеветтеру предписывалось спешно «отбить на постройку дома  сообразно утвержденному плану линию и наблюдать… за прочностию фундамента».  К следующему году строительство здания было завершено.

При оценке градостроительного значения данного объекта, следует помнить, что первоначально дом Ф.П. Переплетчикова не воспринимался «втиснутым» в застройку узкой Живоносновской улицы. Поскольку тогда еще не существовало складского корпуса на спуске от Ивановской башни кремля, здание обозревалось со значительного удаления, придавая определенную парадность еще до конца несформировавшейся здесь территории торга. Известно, что Николай I в своих «высочайших повелениях» 1834 и 1836 годов обращал внимание на формирование Ивановской площади[9], однако, в конечном итоге, проектным генпланом 1839 года[10] она так и не была предусмотрена.

К сожалению, проектные чертежи Г.И. Кизеветтера, о которых шла речь, не обнаружены. На фиксационном генплане Нижнего Новгорода 1848 – 1853 годов, восстановленном и изданном Верхневолжским территориальным геодезическим центром в 1992 году, дом Ф.П. Переплетчикова выделяется лишь за счет выступающего за линию фасада портика в сплошной периметральной брандмауэрной обстройке небольшого квартала с внутренним двором под № 38, образованного Магистратской, Ивановской, Верхне-Живоносновской улицами и Рыбным переулком. Нижний этаж дома использовался как складской и торговый, верхние, скорее всего, предназначались под гостиницу. Своеобразным свидетельством принадлежности его (или владельца) к торговле является оформление главного фасада здания фризовым поясом с лепными маскаронами в виде головы Меркурия с причитающимися ему атрибутами.

Еще в принадлежность рассматриваемого объекта его первому владельцу, в 1844 году, дом на Живоносновской улице получил серьезные повреждения. «В одной из лавок нижнего этажа, где производилась продажа железных товаров и изделий, от значительной тяжести в сих вещах заключающийся, половые балки треснули, переломились и спустились вместе с полом…». Разрушение конструкций первого этажа повлекли за собой повреждения и в других помещениях. Комиссия предписала владельцу заменить балки и отремонтировать здание за свой счёт[11].

После смерти Ф.П. Переплетчикова, последовавшей в 1845 году,  дом на Живоносновской улице перешел к его наследникам. Встречающаяся в ряде публикаций информация о завещании данного дома городскому обществу[12], является ошибочной. Городу было завещано другое здание на Рождественской улице (№ 6 по современной нумерации).

При переоценке недвижимого имущества, проведенной городской думой с целью взимания окладных сборов (налогов) в 1874 году, базовая стоимость дома, принадлежавшего в это время почетной гражданке Прасковье Михайловне Переплетчиковой и описанного как «каменного, в три этажа, с лавками», была снижена с 15 000 до 8568 рублей[13]. Эта оценка не менялась до начала ХХ века, что свидетельствует о незначительности перестроек здания (в основном, внутренних), которое, судя по окладным книгам, начиная с 1876 – 1879 годов, перешло к купцу Павлу Михайловичу Журавлеву[14].

В частности, на оценку домовладения не повлиял осуществленный под надзором инженера А. Станкевича проект каменного пристроя к зданию с дворового фасада для размещения в нем «ретирад» (туалетов), несгораемой лестницы внутри него и галереи с навесами во дворе. Данный проект, согласованный Нижегородской городскою управою в ноябре 1882 года, и предусматривавший также общий капитальный ремонт дома, дает представление о планировке его этажей и облике дворового фасада на это время[15]. Из чертежей видно, что в цокольном этаже, считавшимся тогда первым, располагались, судя по всему, торгово-складские помещения, а по его центру существовал проезд во внутренний двор. Также обозначена линия навеса по всему главному фасаду. Этот металлический навес, игравший сугубо утилитарную функцию, просматривается на картине Петра Петровича Верещагина 1867 года (дубль — 1872 года) «Рынок в Нижнем Новгород». Его устройство отрицательно сказывалось на визуальном восприятии художественного образа ампирного здания. Данный навес просуществовал до рубежа XIX-XX веков. Это следует из того, что на известных архивных фотографиях указанного времени он уже отсутствует.

Известен также более поздний недатированный проект на перестройку дома коммерции советника П.М. Журавлева, предусматривавший замену пристроя с ретирадами (возведенного по проекту 1882 года) на новый и замену лучковых перемычек проемов нижнего этажа главного фасада на плоские[16]. Последнее, как следует из старых фотографий, было частично осуществлено (возможно и не по данному проекту) и нарушило его первоначальный облик. Пристрой же так и не был расширен, что отражено на чертежах по устройству канализации 1917 года[17]. Недатированный проект (вероятно, 1880-х годов) важен тем, что включает в себя первое известное нам графическое изображение главного фасада, позволяющее проследить последующие его изменения.

Об использовании здания на рубеже XIX – ХХ веков красноречиво свидетельствовала газетная заметка, связанная с последующими событиями, благодаря которым оно и вошло в историю как чайная «Столбы»:

«…На Нижнем Базаре, по Живоносновской улице, близ всем известной… Миллионки, высится старинное двухэтажное каменное здание. Нижний этаж этого дома занят лавками со старым железом, а в верхнем помещался ранее вертеп – грязный, отвратительный притон. По фасаду здания вздымаются огромные колонны, наподобие колонн дома дворянского собрания. Эти то колонны, или столбы, и дали название помещающемуся в доме трактиру. Трактир «Столбы» был издавна известен всем обитателям нижнебазарного дна. Здесь в пьяном разгуле оборванный, выбившийся из колеи нормальной трудовой жизни, люд, «бывшие люди», теряя человеческий облик, пропивали свои последние гроши. С утра до вечера и с вечера до утра из окон «Столбов», бывало, неслись непристойные звуки разбитых шарманок и бубен и непристойное пение охрипших пьяных голосов…»[18]

В 1901 году здание приобрел набиравший известность купец-пароходчик Дмитрий Васильевич Сироткин. Своим поступком он пришел на помощь Алексею Максимовичу Горькому, задумавшему организовать для обитателей городского «дна» своего рода клуб, посетители которого могли бы с пользой проводить свободное время, получая здесь элементарные сведения по естествознанию, медицине, истории и другим общеобразовательным предметам[19].

Как указывал И.А. Макаров, «этим предприятием Сироткин убил сразу двух зайцев: прослыл в интеллигентских кругах либералом, стал вхож в дома многих видных деятелей культуры, а, главное, отныне толпами портовых босяков распоряжались не владельцы приволжских кабаков, а он, пароходчик  Сироткин…

Следует сказать, что эту операцию он провел гениально, не потратив на нее ни копейки денег из собственного кармана. Оплачивали всё дума и его новый друг А.М. Пешков, выпросивший необходимые средства у Н.А. Бугрова. А распоряжался всеми деньгами Сироткин…»[20]

Целям и задачам нового просветительного учреждения была посвящена статья А.М. Горького, опубликованная в газете «Нижегородский листок» 7 ноября 1901 года. В ней говорилось: «Со времени введения винной монополии условия нелегкой жизни золоторотцев изменились еще более к худшему… Огромный, прекрасно устроенный дом Бугрова, никогда не был в состоянии вместить в себя и половины всех людей, нуждающихся в ночлеге, и никогда не давал… приюта днем… Зимой день для босяка – день мучений и холода… В ближайшем будущем на Миллионной улице откроется для золоторотцев учреждение, представляющее собою интересный пример разумной необидной помощи голодным и бесприютным людям. Открывается оно по мысли и на средства одного из местных купцов, а интересно главным образом потому, что имеет быть поставленным не на обычную почву благотворения, а чисто по-коммерчески. Предполагается устроить нечто вроде трактира, в котором за самую дешевую цену можно было бы попить чаю, пообедать и даже ночевать. Этот трактир будет играть роль закрытых ныне «шалманов», в нем можно будет сидеть целый день тем людям, которые не имеют работы, но в нем не будет «шалманщика», человека, который, открывая зимою кредит босякам, летом, во время обилия работы, получал с них по 200 и 300 за 100; иногда и очень часто подбивал их к совершению краж и грабежей… В новом трактире-клубе предполагается иметь газеты, устроить небольшую библиотеку-читальню, вести беседы и чтения на разные темы, может быть, даже удастся устроить нечто вроде амбулатории. Будет приглашена стряпуха из торгующих на «обжорке» щами и кашей. Стряпухе этой предложено будет торговать… своей снедью, причем размер, качество и стоимость порций устанавливается совместно с хозяином дома, за что стряпуха получает монополию торговли. Устроитель этого учреждения надеется, что местные интеллигентные люди придут к нему на помощь по устройству просветительной части задуманного им бесспорно симпатичного предприятия. Он совершенно справедливо полагает, что подобное предприятие должно окупать расходы на его содержание и уверен, что это достижимо. Предполагается также привлечь и самих золоторотцев к личному участию в деле установления общего порядка в трактире. Право их сидеть в нем, спасаясь от холода, возлагает на них обязанность следить за чистотою и порядком, а также устранять из него тех товарищей, которые пьяны, буйствуют или устраивают игру в карты, орлянку и т. п. В доме будет одиннадцать «номеров» с четырьмя койками в каждом; предполагается сдавать эти койки за плату по рублю в месяц»[21].

21 ноября 1901 года новое просветительное заведение, аналогов которому не было тогда в России, открыло свои двери[22]. В верхнем этаже устроили «ночлежные номера» для бездомных детей и подростков, где за 2 копейки «в высоких, сухих, чистых комнатах с достаточным количеством воздуха и тепла» им предоставлялись «железная койка, матрац, подушка и одеяло»[23].

В связи с изменением предназначения здания в нем был произведен капитальный ремонт, отведена отдельная комната для библиотеки-читальни, в общем помещении устроена эстрада, с которой происходили чтения[24].

Судьба «Столбов» складывалась непросто – несколько раз их закрывали, а в мае 1908 года чайная перешла в ведение Нижегородского управления Российского общества Красного Креста, «прогрессивно увеличивая круг своей деятельности при незначительных… затратах». Регулярно проходившие в «Столбах» чтения закрылись в 1905 году. В конце 1909 года они возобновились, но уже в феврале 1910 года вновь были прекращены по распоряжению губернатора М.Н. Шрамченко. Вернуться к просветительской работе среди социальных низов удалось лишь осенью 1913 года[25]. В случае их дальнейшего успеха владелец дома, Д.В. Сироткин, заявил о своей готовности «перестроить здание, расширить его и приспособить под народный театр»[26]. Намерение это не было осуществлено.  Дело ограничилось проведением крупного ремонта летом 1915 года, когда  на средства Д.В. Сироткина в помещения провели электричество, устроили электрическую вентиляцию, расширили эстраду и соорудили сцену. Наплыв беженцев в Нижний Новгород в связи с мировой войной заставил организовать для них в «Столбах» столовую.

Планировка здания на его «мемориальный» период, связанный с деятельностью А.М. Горького (в связи с чем оно и было поставлено на государственную охрану как памятник истории), отражена на упоминавшихся выше чертежах проекта осени 1917 года по подключению канализации к общегородской системе. Помимо всего прочего, в проекте есть указание на существование во дворе старой подземной «галереи» глубиной до 4 саж. (8,52 м), постоянно затопленной водой[27]. Можно предположить, что ее появление в качестве дренажного сооружения было связано с возведением здания в сложных гидрологических условиях территории Нижнего Посада.

Интересно отметить, что решение утилитарных вопросов, касающихся человеческой жизнедеятельности, происходило в самый разгар революционных событий. Свидетельством тому является одно из заявлений в городскую канализационную комиссию, датируемое 26 октября 1917 года[28]. Что стало итогом ее деятельности по отношению к чайной «Столбы» мы не знаем. Зато хорошо известно, чем обернулся приход большевиков в отношении частной собственности: в 1918 году домовладение бывшего городского головы Д.В. Сироткина на Живоносновской улице было национализировано (муниципализировано) новыми советскими властями[29].

В последующие годы в доме находился клуб грузчиков им. А.Е. Новожилова,  располагались библиотека, коммунальные квартиры, склады и даже общежитие китайцев[30]. При этом происходили многочисленные перепланировки помещений и изменения внешнего облика здания. Утрачен пристрой со стороны двора, где размещались туалеты, закладывались и пробивались оконные и дверные проёмы. Исторически сложившаяся плотная застройка квартала просуществовала до середины — второй половины ХХ столетия.  К настоящему времени его планировка утрачена, в связи со сносом домов со стороны улицы Магистратской.

Бывшее здание чайной «Столбы» занято сейчас офисными помещениями. Сквозной проезд во двор заложен. Облик главного фасада обезображен. Подвал заливается водой. Всё это требует проведения срочных противоаварийных и реставрационных работ.

 

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

Центральный архив Нижегородской области (далее ЦАНО). Ф. 27. Оп. 638. Д. 3891. Книга переоценки недвижимого имущества Нижнего Новгорода, 1874-1875 гг.

ЦАНО. Ф. 30. Оп. 1. Д. 394. Об устройстве канализации в доме Д.В. Сироткина на Живоносновской улице, 1917 г.

ЦАНО. Ф. 30. Оп. 35. Д. 1389. Окладная книга Нижнего Новгорода, 1876 — 1879 гг.

ЦАНО. Ф. 30. Оп. 36 Д. 1585. Проект перестройки и возведения пристроя к дому П.М. Журавлёва на Живоносновской улице. Б/д.

ЦАНО. Ф. 30. Оп. 36 Д. 1586. Проект перестройки и капитального ремонта дома П.М. Журавлёва на Живоносновской улице, 1882 г.

ЦАНО. Ф. 666. Оп. 217. Д. 42. По прошению купца Ф.П. Переплётчикова о постройки каменного дома, 1837-1838 гг.

ЦАНО. Ф. 666. Оп. 217. Д. 353. Дело о составлении формулярного списка о службе архитектора Кизеветтера 1840-1841 гг.

ЦАНО. Ф. 669. Оп. 318. Д. 1130. Журналы Нижегородской губернской строительной и дорожной комиссии, 1844 г.

План губернского города Нижнего Новгорода Нижегородской губернии, 1848-1853 гг. Восстановлен и издан Верхневолжским территориальным геодезическим центром МАГП, 1991-1992 гг.

Горький М. Для «золотой роты» // Нижегородский листок, 1901, 7 ноября.

Деятельность комитета по устройству чтений и развлечений в чайной «Столбы» // Нижегородский листок, 1914, 17 мая.

Капралов Н. Чайная «Столбы» // Нижегородский листок, 1910, 26 января.

Макаров И.А. Карман России.- Н.Новгород, 2006.

Нижний Новгород. Иллюстрированный каталог объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) регионального значения, расположенных на территории Нижнего Новгорода. – Н. Новгород, 2019. Кн.3. Ч. 2.

Орельская О.В., Петряев С.В. Улица Рождественская — энциклопедия архитектурных стилей. – Н. Новгород, 2014.

Петров И.В. Классические традиции в облике Нижнего Новгорода добролюбовской поры: творчество Георга Ивановича Кизеветтера  //  Добролюбовские чтения-2008: сборник научных докладов / Под ред. Г.А. Дмитриевской. – Н. Новгород, 2008. С. 19-27.

Филатов Н.Ф. Нижегородское зодчество XVII – начала ХХ века. – Горький, 1980.

Филатов Н.Ф. Нижний Новгород. Архитектура XIV – начала ХХ в. – Н. Новгород, 1994.

Храмцовский Н.И. Краткий очерк и описание Нижнего Новгорода. – Н. Новгород, 1998.

П.П. Верещагин. «Рынок в Нижнем Новгороде». 1867 г. (дубль — 1872 г.). Государственная Третьяковская галерея

фото

фото

фото

Проект перестройки и капитального ремонта дома П.М. Журавлёва на Живоносновской улице, 1882 г. (ЦАНО. Ф. 30. Оп. 36 Д. 1586)

фото

фото

фото

фото

фото

Проект перестройки и возведения пристроя к дому П.М. Журавлёва на Живоносновской улице. Б/д. (ЦАНО. Ф. 30. Оп. 36 Д. 1585).

 

фото

фото

фото

Проект устройства канализации в доме Д.В. Сироткина на Живоносновской улице, 1917 г. (ЦАНО. Ф. 30. Оп. 1. Д. 394).

 

фото

Улица Кожевенная. Бывшая чайная «Столбы». Фото 1930-х гг.

 

фото

Улица Кожевенная. Бывшая чайная «Столбы». Вид с северо-запада. Фото А. Усоева, 1947 г.

 

фото

фото

Бывшая чайная «Столбы». Общие виды с улицы Кожевенной. Фото НИП «Этнос», 2018 г.

 

фото

Бывшая чайная «Столбы». Общие виды со двора. Фото НИП «Этнос», 2022 г.


[1] Филатов Н.Ф. Нижний Новгород. Архитектура XIV – начала ХХ в. – Н. Новгород, 1994. С. 68.

[2] ЦАНО. Ф. 829. Оп. 6. Дд. 686-711.

[3] См.: Филатов Н.Ф. Указ. соч. С. 84.

[4] ЦАНО. Ф.162. Оп.106. Д. 44 / 1863 г. Л. 6.

[5]Храмцовский Н.И. Краткий очерк и описание Нижнего Новгорода. – Н.Новгород, 1998. С. 209.

[6]ЦАНО. Ф. 666. Оп. 217. Дд. 42, 353.

[7]Филатов Н.Ф. Нижегородское зодчество XVII – начала ХХ века. – Горький, 1980. С. 160; он же. Нижний Новгород… С. 182 — 183;  Петров, И.В. Классические традиции в облике Нижнего Новгорода добролюбовской поры: творчество Георга Ивановича Кизеветтера  // Добролюбовские чтения-2008: сборник научных докладов / Под ред. Г.А. Дмитриевской. – Н. Новгород, 2008. С. 22; Орельская О.В., Петряев С.В. Улица Рождественская — энциклопедия архитектурных стилей. – Н. Новгород, 2014. С. 70 — 74 и др.

[8]Цит. по:  Петров И.В. Указ. соч. С. 22.

[9]Малышев А.В. Посещение императором Николаем I Нижнего Новгорода в 1834 году и его «высочайшие повеления» по обустройству города (новые документы). – Богородск, 2021. С. 36, 38.

[10]РГИА. Ф. 1253. Оп. 167. Нижегородская губ. Д. 7.

[11]ЦАНО. Ф. 669. Оп. 318. Д. 1130. Л. 86.

[12]Филатов Н.Ф. Архитектура… С. 183. Орельская О.В., Петряев С.В. Указ. соч. С. 70.

[13]ЦАНО. Ф. 27. Оп. 638. Д. 3891. Л. 264 об.

[14]ЦАНО. Ф. 30. Оп. 35. Д. 1389. Л. 107-108.

[15]ЦАНО. Ф. 30. Оп. 36. Д. 1586.

[16]ЦАНО. Ф. 30. Оп. 36. Д. 1585.

[17]ЦАНО. Ф. 30. Оп. 1. Д. 394.

[18] Капралов Н. Чайная «Столбы» // Нижегородский листок, 1910, 26 янв.

[19] Нижний Новгород. Иллюстрированный каталог объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) регионального значения, расположенных на территории Нижнего Новгорода. – Н. Новгород, 2019. Кн.3. Ч. 2. С. 102.

[20]Макаров И.А. Карман России.- Н.Новгород, 2006. С. 575-576.

[21]Горький М. Для «золотой роты» //Нижегородский листок. 1901, 7 ноября.

[22] Нижний Новгород. Иллюстрированный каталог… С. 102.

[23] Нижегородский листок, 1901, 15 дек.

[24] Нижегородский листок, 1902, 31 окт.

[25] Нижний Новгород. Иллюстрированный каталог… С. 103.

[26]Нижегородский листок, 1913, 13 окт.

[27]ЦАНО. Ф. 30. Оп. 1. Д. 394. Л. 10.

[28]Там же. Л. 11.

[29] ЦАНО. Ф.780. Оп. 4. Д. 36-а. Л. 26.

[30] Нижний Новгород. Иллюстрированный каталог… С. 103; Орельская О.В., Петряев С.В. Указ. соч. С. 74.

 

Публикуется впервые

© Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов). Копирование материала – только с разрешения редакции