Нестеров И.В. 17 век. Акундинов и Котошихин

10 июня, 2019

Нестеров И.В. 17 век. Акундинов и Котошихин (5.42 Kb)

 

Тимофей Акундинов (1617-1653) прожил жизнь пестро и бестолково. Родился в Вологде в семье стрельца. Служил подьячим в Москве. В 1645 (по другим данным – в 1643) бежал в Литву. Мотивы не до конца ясны, считается, что к бегству подтолкнула опала, постигшая покровителя – дьяка Ивана Патрикеева.

Вероятно, поиском средств существования объясняется попытка Акундинова выдать себя за сына (в других местах – внука) царя Ивана Шуйского. Больших дивидендов это не принесло – в череде самозванных царевичей он был уже девятнадцатым. И хотя на жизнь хватало (разные заинтересованные стороны периодически брали его на содержание), статус «царственного беженца» был небезопасен. Москва очень болезненно реагировала на каждый случай появления самозванцев и постоянно надоедала требованиями о выдаче, чем дело, в конце концов, и кончилось. «Погуляв» по Речи Посполитой, Молдавии, Турции, побывав в Риме у папы, в Австрии, Трансильвании, Украине, Швеции, Пруссии, за (максимум) десяток лет трижды поменяв веру (ислам, католичество, лютеранство), Акундинов все-таки добегался – был выдан Голштинией за мелкие торговые подачки.

На Родине беглеца встретили как обычно – четвертовали.

В эмигрантскую литературу Тимофей Акундинов вошел в качестве автора стихотворной декларации, поданной им 11 декабря 1646 русским послам в Стамбуле. Среди сочинений подобной литературной формы декларация выделяется, главным образом, смелостью полемических выпадов против политики Москвы в целом и патриарха Филарета – персонально. Только эмигрант в то время и мог себе позволить подобное.

Григорий Котошихин, в отличие от своих предшественников, не просто беглец, а натуральный шпион. Родившийся, по предположениям исследователей, около 1630 года в Москве, служил в Посольском приказе, пройдя через должности писца и подьячего до посла в Швеции (с 1661). В 1663-1664 более года Котошихин подрабатывал у шведов в качестве «крота», причем куратор со шведской стороны, видимо, прилично кинул своего подопечного: получил от правительства наградных 100 рублей, а выдал, по утверждению Котошихина, только 40.

Службы безопасности у русского царя были, конечно, не чета нынешним, но Котошихин и тогдашних панически боялся. Вряд ли ему была известна статистика продолжительности работы шпиона в 17 веке (сейчас она составляет от начала до провала не более 1-2 лет), но удрал он вовремя.

У Котошихина были некоторые основания для обид: за ошибку при переписывании титула государя он был как-то бит розгами, а отец его обвинен в растрате, и, несмотря на выявленную в ходе проверки ничтожность суммы (5 алтын = 15 копеек), подвергнут конфискации, так что семья Григория осталась без имущества. Тем не менее, случившееся не было в Московии чем-то из ряда вон выходящим, на карьеру же Котошихина это вряд ли повлияло – должность посла он получил уже в следующем году.

После бегства – до боли знакомое скитание по Европе, безделье, безденежье и нездоровье. Правда в отличие от Акундинова, Котошихину было куда персонально обратиться – к шведам, что он, в конце концов, и сделал. Шведы оказались в ответе за того, кого приручили – не выдали, не бросили, и кормили исправно, даже не требуя ничего взамен. Только просьбами какой-либо должности со стороны самого Котошихина объясняется поручение ему составить аналитическую записку с описанием внутреннего устройства государства Московии. Именно с этим трудом он вошел в русскую литературу.

Жизнь же закончил традиционно плохо: в 1667 году, после совместного распития спиртного, поссорился с хозяином своей стокгольмской квартиры, и по бытовухе совершил убийство. Переход в лютеранство (подлинный – от раскаяния, или мнимый – от страха за жизнь) ничего не изменил, и три года спустя после бегства за границу агент шведской разведки Котошихин остался без головы.

P/S Когда читаешь истории шпионов и невозвращенцев 20-го века, поневоле закрадывается мысль: нарочно что- ли небеса пишут эти сценарии под копирку?

 

Опубл: Памятники литературы древней Руси, 17 век. Кн. 3. М.: Художественная литература, 1994. С. 42-45.

 

п.11-14 из главы «О чину, как устраивают свадебный чин»  опубл.: Памятники литературы древней Руси, 17 век. Кн. 2. М.: Художественная литература, 1989. С. 258-262.

 


(0.2 печатных листов в этом тексте)
  • Размещено: 03.08.2014
  • Автор: Нестеров И.В. (подгот.)
  • Размер: 5.42 Kb
  • © Нестеров И.В. (подгот.)
© Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов). Копирование материала – только с разрешения редакции