Кузнецов А. А. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ ВЛАДИМИРО-СУЗДАЛЬСКОГО КНЯЖЕСТВА И НОВГОРОДА (30-е гг. XII в. – 50-е гг. XIII в.)

24 июля, 2019

 

КУЗНЕЦОВ Андрей Александрович. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ ВЛАДИМИРО-СУЗДАЛЬСКОГО КНЯЖЕСТВА И НОВГОРОДА (30-е гг. XII в. – 50-е гг. XIII в.) (автореферат дисс. к.и.н.). (38.7 Kb)

На правах рукописи
КУЗНЕЦОВ Андрей Александрович
ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ
ВЛАДИМИРО-СУЗДАЛЬСКОГО
КНЯЖЕСТВА И НОВГОРОДА
(30-е гг. XII в. – 50-е гг. XIII в.)
Специальность 07.00.02 – отечественная история
Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
кандидата исторических наук
Нижний Новгород, 1996
Работа выполнена на кафедре историографии и источниковедения Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского.
Научный руководитель:
доктор исторических наук, профессор В.П. Макарихин.
 
Официальные оппоненты:
доктор исторических наук, профессор Е.В. Кузнецов;
кандидат исторических наук, доцент О.Н. Лебедева.
 
 
 
Ведущая организация: Нижегородская архитектурно-строительная академия.
Защита состоится “____” ________ 1996 г. в____ час.
на заседании диссертационного совета Д 063.77.04 по защите диссертаций
на соискание ученой степени доктора исторических наук по специальностям
07.00.02 – отечественная история и 07.00.03 – всеобщая история при Нижегородском
государственном университете им. Н.И. Лобачевского по адресу:
603005, Нижний Новгород, ул. Ульянова, 2, ауд. 310, факультет истории,
социальных наук и международных отношений ННГУ им. Н.И. Лобачевского.
С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке университета по адресу:
603022, Нижний Новгород, пр. Гагарина, 23.
Автореферат разослан “____” ________ 1996 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета,
доктор исторических наук,
профессор Е.А. Молев
 
 
[3]
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ
 АКТУАЛЬНОСТЬ ПРОБЛЕМЫ.
 В последнее десятилетие происходит пересмотр всей проблематики отечественной истории, не исключая уже устоявшихся, ранее глубоко проработанных ее аспектов. Это связано с поисками обществом истоков всех катаклизмов России в XX веке. Изучение политической истории Отечества необходимо в современных условиях противоречивого процесса государственного строительства. Надо искать наиболее приемлемые для народов навей страны образцы политического устройства, которыми богата отечественная история.
 АКТУАЛЬНОСТЬ данного исследования определяется необходимостью изучения складывания» развития взаимоотношений, взаимовлияния новгородской вечевой республики и Владимиро-Суздальского княжества, где сформировалась сильная великокняжеская власть, в период политической раздробленности Руси в ХП – ХШ вв. В данных отношениях зарождалась традиция сосуществования двух политических начал. Изучение данных отношений позволит уяснить роль, значение демократического и монархического начал в истории России. Необходимо уделить больное внимание выяснению вопроса о степени влияния политических институтов Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества на их внешнюю политику, отношения друг с другом.
 Исследование данной проблемы может углубить, расширить современное видение процесса развития отечественной государственности. По мнению ряда историков, широкого круга публицистов, наследие Древней Руси потерялось в круговерти политичес-
[4]
кой раздробленности ХП – ХПI вв. и оказалось невостребованным после установления ордынского ига. Сама же государственность в таких схемах ведет свое начало с XIV в. из Московской Руси. Тем самым, данная политическая традиция оказывается отягощенной бременем ордынских деспотических порядков. На наш взгляд, эпоха политической раздробленности явилась временем развития, усложнения и воплощения традиций государственности Киевской Руси в различных вариантах. Носителями их стали крупные княжества. Изучение взаимодействия политических вариантов Владимиро-Суздальского княжества и Новгорода эпохи политической раздробленности позволит определить, случайно ли было зарождение Великорусской народности и образования Российского централизованного государства именно на территории былых Владимиро-Суздальского княжества, Новгорода, Рязанского и Муромского княжеств в ХIV – ХVI вв. Для объяснения своеобразия исследуемых отношений, их источника надо обратиться к эпохе Северной Руси в VIII – Х вв., когда земли будущих Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества составляли одно целое; надо попытаться обнаружить традиции этно-политических процессов Северной Руси в отношениях Новгорода и владимирских князей.
 Все вышеуказанное ведет к попытке восстановления политических порядков во Владимиро-Суздальском княжестве и Новгороде, реконструкции вариантов развития политического наследия Древней Руси в их местных условиях, обнаружения новшевств, привнесенных каждой стороной. Это позволит оценить масштабы вклада Владимиро-Суздальского княжества и Новгорода домонгольской эпохи в создание отечественной государственности.
 ПРЕДМЕТОМ данного исследования является эволюция отношений
[5]
Владимиро-Суздальского княжества и Новгорода в период с 30-х гг. XII в. по 50-е гг. XIII в. с учетом изменения политической обстановки на Руси, внешнеполитической деятельности Вла­димиро-Суздальского княжества и Новгорода, татаро-монгольского нажествия, борьбы с крестоносной агрессией и литовским натиском.
 Владимирско-новгородские отношения ведут свое происхождение с момента окончательного утверждения на Руси политической раздробленности в 30-х гг. XII в. после ухода с исторической арены Владимира Мономаха и Мстислава Великого. Тогда Ростово-Суздальская земля оформилась в княжество, а Новгород утвердил многие свободы, которых он добивался в Х – ХI вв. В 50-х гг. XIII в. произошло окончательное признание Новгородом зависимости от власти великого владимирского князя.
 Изучаемые отношения выделяются среди отношений между другими политическими образованиями раздробленной Руси. Само столкновение вечевого народоправства и утверждавшейся сильной княжеской власти придавали владимирско-новгородским отношениям особый колорит. Формирование территории Российского централизованного государства и образование Великорусской на­родности на землях Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества в ХIV – ХVI вв. заставляет искать истоки этих процессов во владимирско-новгородских отношениях эпохи политической раздробленности и в истории Северной Руси VIII – Х вв. Регион Северной Руси к XII в. имел богатое прошлое, которое должно было влиять на развитие отношений Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества в ХП – ХШ вв. Исследование этих отношений также позволит просистематизировать политические взаимосвязи на Руси между княжествами.
[6]
 Сложной проблемой при изучении предложенной темы является неожиданное, казалось бы, нелогичное установление к 60-м гг. ХIII в. союза Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества при доминировании последнего. Неожиданность установления союза обуславливалась более чем вековым противостоянием двух частей Северной Руси. их взаимными неудачными попытками объединения. Последнее стало возможным только после губительного нажествия татаро-монголов и опасного противостояния Северной Руси с католическим Западом. Поэтому видится необходимым восстановить долгий» противоречивый объединительный процесс, проявлявшийся в отношениях Залесской земли и Новгорода.
 Затяжная устойчивая история отношений Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества сильно зависела от политических процессов внутри каждого государства. Поэтому в диссертации прослеживается зависимость отношений от внутрибоярской борьбы в Новгороде, развития его народоправческих политических институтов, появления в Залесской земле сильной княжеской власти качественно нового типа, эволюции внешнеполитической доктрины каждого владимирского князя, изменения политического статуса Новгорода м Владимиро-Суздальского княжества в масштабе всей Руси в рассматриваемый период. Поэтому в работе имеется ряд экскурсов для освещения вышеуказанных проблем.
 В этих экскурсах особое внимание уделяется созданий сильной княжеской власти в Северо-Восточной Руси, что значительно выделило ее князей среди прочих Рюриковичей. Для освещения этого вопроса необходимо найти источники сложившейся в XII в. великокняжеской доктрины (особенно выделить византийскую политическую теорию), а затем доказать ее материальное» политическое воплощение в деятельности владимирских князей.
[7]
Сделав это, можно продемонстрировать принципиальное отличие внешнеполитической деятельности залесских Рюриковичей от прочих князей.
 ИСТОРИОГРАФИЯ ПРОБЛЕМЫ.
 Многообразие проявлений и влияний новгородско-владимирских отношений, затрагивающих другие сферы отечественной истории, вызвало к жизни большое количество исследований.
 Проблема отношений Владимиро-Суздальского княжества и Новгорода в ХП – ХШ вв. рассматривалась отечественными историками с XVIII в., но они остаются предметом изучения по сей день. Автор использует в работе результаты научных изысканий В. Н. Татищева. С.М. Соловьева, Н.М. Карамзина, Н.И. Костомарова, В.О. Ключевского, А. Е. Преснякова, В.Сергеевича, Н. Хлебникова, Н.И.Кареева, А.А. Шахматова, С.Г. Пушкарева, В.А. Рязановского. Из историков советского и постсоветского периода привлекаются исследования Б.Д. Грекова, М.Д. Приселкова, А.Н. Насонова, Б.А. Рыбакова, В.Т. Пашуто, М.Н.Тихомирова, А.Г. Кузьмина, Н.Н.Воронина, И.У. Будовница, Г.К. Вагнера, В.Н. Лазарева, В.Л. Янина, Ю.А. Лимонова, И.Я. Фроянова, В.П. Макарихина, В.А. Кучкина, И.В. Дубова, Г.С. Лебедева и др.
 Автором задействованы историософские мысли и выводы И.А. Ильина, Л.А. Тихомирова, И.Л.Солоневича, отдельных историков.
 Из зарубежных исследователей привлекаются труды Э. Клюге, Ле Гоффа, Дж. Феннела.
ИСТОЧНИКОВАЯ БАЗА ДИССЕРТАЦИИ.
 В качестве источников, в первую очередь, привлекались летописи. Самый большой объем сведений черпался из Лаврентьевс-
[8]
кой, Ипатьевской, Новгородской первой старшего и младшего изводов летописей. В этих памятниках отразились традиции ростово-владимирского и новгородского летописаний. Уникальные сведения содержат летописи ХV – ХVI вв., где отразились ростовское летописание ХП – ХШ вв., угасшие традиции различных княжеств эпохи раздробленности (Типографская. Софийская, Новгородские четвертая и пятая. Никоновская, Львовская летописи. Московский летописный свод конца XV в.). Близко примыкает к летописным источникам труд В.Н.Татищева “История Российская”, представляющий собой большую компиляцию недошедших до нас летописей. Поэтому труд Татищева с определенными оговорками можно отнести к источникам. Данные скандинавских саг в сочетании с результатами археологических исследований позволяют реконструировать в общих чертах политическую историю Северной Руси до создания Древнерусского государства. Больной объем сведений, дополняющих известия русских летописей по борьбе с крестоносной агрессией, несет “Хроника Ливонии” Генриха Латвийского. Привлекаются договорные грамоты Новгорода с великими князьями, договоры Смоленска с Ригой. При возможности для уточнения политических событий ХП–ХПI вв. используются новгородские берестяные грамоты.
 МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ.
 Предложенная тема раскрывается автором как логическое продолжение исследований всей предшествующей историографии и с их учетом. Привлечение источников будет производиться, исходя из принципов научной объективности, историзма, с использованием элементов диалектического подхода и результатов историософских наблюдений русских мыслителей. В работе широко
[9]
применяются специальные историко-исследовательские методы: сравнительно-исторический метод, метод исторической реконс­трукции, источниковедческий анализ.
 ЦЕЛИ и ЗАДАЧИ данного исследования формулируются следующим образом:
 1. Исследовать динамику политических связей Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества в XII – первой половине XIII вв., проанализировать их взаимозависимость и зависимость от протекания политических процессов в рамках раздробленной Руси» выявить основные вехи и этапы развития этих отношений. Установить их своебразие и отличие от прочих отношений на Ру­си.
 2. Выявить исторические истоки политических институтов Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества в данный период с целью обнаружения их влияния на характер отношений и на процесс складывания севернорусского союза к 60-м гг. XIII в.
 3. Исследовать важную роль политических отношений Новгорода и Владимирского княжества в деле зарождения Российской государственности в условиях установления татаро-монгольского ига и отражения крестоносной агрессии; выявить специфическую роль севернорусского региона как крупного территориального очага “Государства Российского”.
НАУЧНАЯ НОВИЗНА И ПРАКТИЧЕСКАЯ ЦЕННОСТЬ РАБОТЫ:
 1. В диссертации особое внимание уделяется политическим отношениям Владимиро-Суздальского княжества и Новгорода в XII – XIII вв. как самостоятельному предмету исследования. Их при-
[10]
нципиальное выделение позволит глубже изучить политическую историю эпохи раздробленности.
 2. Исследуется тесная преемственность экономических, этно-политических процессов в Северной Руси в VIII – Х вв. и спе­цифики протекания владимирско-новгородских отношений в XII – XIII вв.
 3. Предпринимается попытка проследить зарождение державной идеологии во Владимиро-Суздальском княжестве, родственной византийской и имевшей истоки в восточнославянской, древне­русской политических традициях. Рассматривается влияние этой доктрины на складывание отношений с Новгородом, особенно на момент установления татаро-монголького ига и отражения крестоносной агрессии.
 4. Автор пытается оценить вклад Владимиро-Суздальского княжества, Новгорода домонгольского периода в развитие отечественной государственности, для чего рассматривает вопрос о перспективности политических институтов обоих государств.
 5. Обосновывается зарождение в условиях протекания владимирско-новгородских отношений специфической политико-идео­логической модели, действовавшей на протяжении всего русского средневековья и являвшей собой универсальный выход из различных кризисов. Обозначить данную модель можно как “народную монархию”.
 Из всего вышеперечисленного вытекает ПРАКТИЧЕСКАЯ ЦЕННОСТЬ избранной темы. так как поставленные вопросы и получаемые на них ответы могут стать полезными в разработке политических программ обустройства России с учетом специфики и давних самобытных традиций отечественной государственности, ее территориальной размещенности в начале своего развития. Определен-
[11]
ный пересмотр истории политической раздробленности на Руси, ранней древнерусской истории может иметь методическое значение для использования наработанного материала в школьном учебно-воспитательном процессе. Материалы диссертации могут быть использованы при подготовке специальных курсов, лекций и учебных пособий по курсу: “Отечественная история”.
 СТРУКТУРА И СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ.
 Диссертация состоит из Введения, четырех глав. Заключения и списка использованной литературы.
 Во ВВЕДЕНИИ сформулированы цели и задачи исследования, обоснована актуальность и практическая значимость темы, выявлена степень разработанности проблемы, новизна выносимых на защиту положений, обоснованы методы исследования.
 ПЕРВАЯ ГЛАВА разбита на два параграфа. Первый посвящен историографическому обзору исследуемой проблемы. Здесь же рассматривается вопрос о степени ее разработанности.
 Новгородско-владимирские отношения ХП – ХIII вв. рассматривались в монументальных трудах по истории России В.Н.Татищевым, Н.М.Карамзиным, С.М.Соловьевым, В.О.Ключевским, Н.И.Костомаровым, А.Е. Пресняковым. В свете изучения истории Северо-Восточной Руси эти отношения затрагивались в работах Н. Н.Воронина, В.А. Кучкина, Ю.А. Лимонова, В.П. Макарихина. Проблемы новгородской политической истории определили заостренное внимание к отношениям Новгорода с Залесской землей В.Л.Янина, О.В.Мартышина, Н.Л. Подвигиной, Е.А.Рыбиной, В.Ф. Андреева, А.С. Хорошева, И.Я. Фроянова. В трудах по общей проблематике древнерусской истории новгородско-владимирские отношения изучались
[12]
Б.Д. Грековым, Б.А. Рыбаковым, А.Н.Насоновым, В.Т. Пашуто, М.Н.Тихомировым, Л.В. Черепниным, Д.С.Лихачевым, А.Г.Кузьминым, Ю.А.Кизиловым. В.В. Похлебкиным, И.У.Будовницем, Я.Н.Щаповым, И.П. Шаскольским, Дж. Феннелом и др. Большим подспорьем в деле реконструкции великокняжеской доктрины владимирских Рюриковичей являются исследования А.В. Карташова, Г.К.Вагнера, В.Н.Лазарева, Г.Г. Литаврина, И.С.Чичурова, М.В.Левченко.
 Много полезной информации по протеканию владимирско-новгородских отношений, ранней истории Северной Руси дают исследования источниковедов А.А.Шахматова, М.Д. Приселкова, Я.С.Лурье, Б.М. Клосса, А.А. Зализняка, Е.А. Мельниковой, Т.Н.Джаксон, В.А.Булкина, Г.С. Лебедева, И.В.Дубова, В.В.Седова и др.
 Большое методологическое значения для разрешения ряда проблем, связанных с владимирско-новгородскими отношениями, имеют мысли русских философов К.Н.Леонтьева. Л.А.Тихомирова, И.А.Ильина, И.Л.Солоневича. Тихомиров и Солоневич порой прямо говорили о тех или иных аспектах изучаемой нами проблемы, что немаловажно.
 Все достигнутое, наработанное историками, источниковедами, искусствоведами, философами разных поколений и направлений по проблеме владимирско-новгородских отношений ХП – ХШ вв. позволяет провести их целенаправленное исследование, проследить их воздействие на становление российской государственности, выделить их среди прочих отношений в раздробленной Руси.
 Исследователи достаточно хорошо изучили историю Руси периода политической раздробленности домонгольского времени, много внимания уделили возникновению и развитию Новгородской вечевой
[13]
демократии, возвышению Владимиро-Суздальского княжества, борьбе владимирцев и новгородцев с германским натиском. Археологи дали картину единой Северной Руси в VIII – Х вв. Искусствоведы пришли к выводу, что владимирские князья искали выход из тупи­ка политической раздробленности, охватившего всю Русь. Но многие выводы историков, результаты исследований в различных областях исторического знания не были соединены, а потому владимирско-новгородские отношения тонут в гуще событий политической раздробленности ХП – ХПI вв.
 Второй параграф посвящен обзору привлекаемых источников. Опираясь на труды источниковедов в области летописания, археологии, искусствоведения, исследования скандинавских саг, автор делает вывод, что основным источником по изучении новгородско-владимирских отношений XII – ХIII вв. являются летописи. Лаврентьевская, Ипатьевская, Новгородская первая летописи донесли летописные памятники ростовского, владимирского, южнорусского, новгородского летописаний ХП – ХIП вв. В сводах ХV –XVI вв. содержатся уникальные сведения по изучаемой проблеме, попавшие туда из ростовского летописания ХII – ХIII вв., угасших местных летописных традиций. К летописным памятникам примыкает титанический труд В.Н.Татищева, сумевшего изучить и донести до нас сведения утерянных источников. По борьбе с крестоносной агрессией в Прибалтике сведения русских летописей дополняется известиями “Хроники Ливонии” Генриха Латвийского. В работе использованы договорные грамоты Новгорода с князьями и Смоленска со своими западными торговыми партнерами. Берестяные грамоты больше освещают социально-экономическую сторону жизни Новгорода, но в них отразились и новгородско-владимирские отношения.
 Данные скандинавских саг и археологических раскопок через
[14]
истолкование специалистов свидетельствуют об особой роли севернорусского региона в VIII – Х вв., значительности Днепровско­го пути “Из Варяг в Греки”. Великого Волжского пути в развитии будущих новгородских и владимиро-суздальских земель. В качестве источника привлекаются труды искусствоведов. Они умело подали результаты исследований архитектуры, фольклора, иконописи, летописания, свидетельствующие о великокняжеских притязаниях владимирских князей и создании великокняжеской доктрины в их землях.
 ВТОРАЯ ГЛАВА посвящена взаимоотношениям Северо-Восточной Руси с Новгородом при Юрии Долгоруком и Андрее Боголюбском.
 В первом параграфе прослеживается динамика зарождения отношений при правлении Юрия Долгорукого (1125 – 1157). Он, не отказываясь от великокняжеских притязаний, стремился занять Киев и господствовать над Русью. Новгород мыслился как одна из опор государственной оси Руси, как один из центров великокняжеской власти, а потому власть над ним доставалась князю, занявшему киевский стол. С другой стороны. Юрий Долгорукий как ростовский князь должен был вступить в отношения с Новгородом как с одним из государственных образований Руси. Борясь за Киев. Юрий Долгорукий разрывал единство Мономаховичей, достигнутое его отцом и старшим братом Мстиславом, подрывал значение Нов­города как великокняжеского города, пытаясь на уровне удельных отношений решить свои властные проблемы.
 В Новгороде боролись три политических течения: прокняжеское, антикняжеское и нейтральное. Расстановка сил внутри Города определяла отношение к великому князю и претендентам на его стол в Киеве. Баланс сил в борьбе за киевский стол часто ме­нялся, а потому сильно колебалась внешнеполитическая ориента-
[15]
ция новгородцев. Из этих трех течений в Новгороде начинает выделяться группировки боярства, ориентировавшиеся на разные княжества. Ростовского князя новгородское боярство поддерживало только в случае изоляции его княжества на Руси.
 Во втором параграфе рассматривается деятельность Андрея Юрьевича Боголюбского (1155 – 1174 гг). Осознав химеричность власти киевского князя, он начал бороться за признание себя великим князем, а Владимира-на-Клязьме – политическим центром Руси. Для этого он стал разрушать политическую ось Руси: “Киев – Новгород”.
 Андрей Боголюбский стремился диктовать Новгороду свою во­лю через родственников или князей-подручников, занимавших стол в Городе. После разгрома и принижения Киева Андрей Боголюбский стремился присвоить титул и статус полновластного великого князя. Новгород, с разгромом Киева ставший самостоятельным го­сударством, не принял новой формы отношений и отстоял вольности. Окончательно властные планы владимирского князя были разрушены смоленскими Ростиславичами. После этого Андрей Боголюбский не имел прочных позиций в Новгороде.
 Развитие новгородско-владимирских отношений при Андрее Боголюбском показало неготовность Руси к той политической модели, которую навязывал князь. Но в результате деятельности князя Новгород стал независимым, и потому именно в это время начались территориальные конфликты Новогорода и Владимирского княжества как самостоятельных государственных образований.
 ТРЕТЬЯ ГЛАВА уделяет внимание развитию отношений Новгоро­да с Всеволодом Большое Гнездо (1176 – 1212 гг.) и его потомками до начала борьбы с крестоносной агрессией.
 Отношения Всеволода Юрьевича с Новгородом постоянно эво-
[16]
люционировали. Сначала были восстановлены позиции владимирского князя в Новгороде. Туда стал сажаться его ставленник, не являвшийся прямым родственником, и потому он устраивал все стороны, заинтересованные в новгородском столе. В середине 90-х гг. XII в. Всеволод III посадил на новгородский стол своего сына. что свидетельствовало об укреплении позиции князя во всей Руси. В самом Новгороде принесла плоды политика консолидации общества, проводимая рядом посадников. Поэтому владимирский князь встретил трудности по распространении власти над Новгородом. Началась долгая борьба Всеволода Великого за подчинение Города. Борьба увенчалась недолгим успехом к 1207 г. Однако. Новгород вскоре поддержал молодого торопецкого князя Мстислава Мстиславича Удатного, который вытеснил из Города владимирских князей в 1209 г. Финал был обусловлен подвластностью действий Всеволода Юрьевича стихии политической раздробленности, сводившей на нет все властные его устремления.
 Второй параграф главы повествует о характере отношений владимирских Всеволодовичей с Новгородом. Князья сначала даже втянули его и смоленских князей во внутреннюю распрю в Залесской земле. После выхода из политико-династического кризиса владимирские князья Юрий и Ярослав восстановили прежнее влияние в Новгороде. Тот даже признал власть великого владимирского князя Юрия в обмен на предоставление больной самостоятельности» Однако, Юрий обладал, на наш взгляд, номинальной властью над Городом, который с трудом противостоял натиску Ярослава Всеволодовича. Для нейтрализации брата Юрий Всеволо­дович предоставил новгородский стол черниговскому князю Михаилу Всеволодовичу. Он вышел из повиновения владимирскому князю и стал вести самостоятельную политику. Юрий Всеволодович тогда
[17]
поддержал брата Ярослава в борьбе против Михаила Черниговского и крестоносной агрессии.
 ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА посвящена исследованию связи отражения крестоносной агрессии и новгородско-владимирских отношений. Здесь же рассматривается вопрос об отношении новгородского н­родоправства и сильной великокняжеской власти.
 В первом параграфе главы дается экскурс в истории западно-европейского проникновения в Прибалтику в ХП – ХПI вв., прослеживается вовлечение Новгорода, а через него и владимирских князей в борьбу с крестоносной агрессией. На этом фоне показывается протекание отношений Новгорода с Ярославом Всеволодовичем и его потомством, вытеснение ими с новгородского стола других князей. Владимирские князья сумели отстоять независимость Новгорода, иногда вопреки желанию самих новгородцев. Владимирские князья даже после татаро-монгольского погрома не сбросили с плеч ному ответственности за безопасность Новгорода, что должно объясняться наличием у них четкой политической доктрины. Следование ей привело к выбору между Ордой и католическим Западом в пользу первой, к созданию союза в рамках Северной Руси. Деятельность по воплощению этой доктрины должна объяснять почти вековое стремление владимирских князей овладеть Новгородом,
 Во втором параграфе рассматривается предыстория Северной Руси в VIII – Х вв. с целью выявить традиционность связей Новгорода и Владимирской Руси. На основании этого делается вывод, что регион (будущие земли Новгорода, Владимирского и Смоленского княжеств) издавна был одним из очагов древнерусской государственности. Единство региона было разорвано в связи с упадком торговли по Великому Волжскому пути, логикой развития
[18]
политико-династических процессов на Руси и в среде Рюриковичей. С началом периода раздробленности в XII в. объективные признаки единства Северной Руси проявились, сюда же добавилось снижение значения Днепровского пути. Эти предпосылки определи­ли взаимную тягу Новгорода и Залесской земли к объединении, что выразилось в попытках обеих сторон на протяжении ХП – ХШ вв. Вопрос о форме организации власти в случае объединения во многом обусловил неудачность попыток и все дальше разводил два государственных образования Руси.
 Возникновение разных форм организации власти было опреде­лено объективно. Княжеская власть во Владимиро-Суздальской земле была укреплена путем привлечения византийской политической теории, обращения к политическим традициям восточного сла­вянства и Древней Руси. Привлечение византийской политической теории с ее мессианизмом, идеей Богооправданности высшего светского правления определило создание владимирскими князьями устойчивой внешнеполитической доктрины. Поэтому князья упорно стремились подчинить и, тем самым, удержать Новгород в системе русских земель.
 Установление ордынского ига и борьба с крестоносной аг­ессией ускорили образование политического союза Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества. При большой самостоятельнос­ти Новгорода союз обеспечил сохранение политических традиций Древней Руси и Владимиро-Суздальского княжества, выживание Новгорода и Северо-Восточной Руси, создание территориального ядра формирования Российского централизованного государства и Великорусской народности.
 В ЗАКЛЮЧЕНИИ подводятся итоги проведенного исследования и
[19]
предлагаются выводы, к которым прицел автор:
 1. Отношения Новгорода и Владимиро-Суздальского княжества в ХП – ХШ вв. принципиально отличались от прочих отношений, бытовавших на Руси между остальными политическими образованиями. В то же время рассматриваемые отношения были зависимы от общей обстановки на Руси. Такое выделение владимирско-новгородских отношений необходимо сделать по ряду при­чин: 1) традиции единой Северной Руси в VIII – Х вв;
 2) именно на территории Новгорода и Владимиро-Суздаль­ского княжества в ХШ –ХVI вв. формировалось Российс­кое централизованное государство и зарождалась Великорусская народность;
 3) столкновение новгородских вечевых традиций и сильной княжеской власти придавали особый колорит противоречивым отношениям Новгорода и владимирских князей.
 2. Рассматриваемые отношения зависели от внутренних политических процессов, имевших место во Владимиро-Суздальском княжестве и в Новгороде. В Залесской земле усилившаяся княжеская власть вытесняла народоправческие институты, сильное боярство “старых городов”; князья сознательно пытались затормозить естественное наступление удельного периода, формируя сильную единоличную» централизованную великокняжескую власть, опирающуюся на поддержку широких народных масс. В Новгороде общество, ведомое боярством, относило себя к составному элементу древнерусской политической традиции, считало себя оплотом государственности наряду с Киевом. С другой стороны, нов­городцы стремились покончить с этой зависимостью от Киева и обрести самостоятельность» Новгород пытался избавиться от любой княжеской опеки, для чего развивал собственные политичес-
[20]
кие институты (посадник, архиепископ, тысяцкий), но не мог последовательно провести этот курс по причине соперничества боярских группировок, невозможностью самостоятельно обеспечить свод безопасность.
 3. Создание сильной великокняжеской власти в Северо-Восточной Руси происходило по инициативе князей через привлечение византийской политической теории, обращение к восточнославянским и древнерусским политическим традициям. Народ с целью оградить себя от притязаний боярства “старых” городов давал князю полноту власти в обмен на его справедливое, Богооправданное правление.
 4. До утверждения великокняжеской власти Северо-Восточная Русь представляла из себя совокупность вечевых республик с засильем боярства. Эти республики были схожи с Новгородской. Княжеская власть, вступив в борьбу со “старыми” городами, боярским всевластием, как бы, отрабатывала методы подчинения Новгорода,
 5. Новгородское и северо-восточные народоправства имели общие черты и происхождение. Их начало восходило к эпохе Северной Руси VIII – Х вв. Этот регион охватывал территории будущих Новгорода. Владимиро-Суздальского и Смоленского княжеств. Здесь смыкались три мощные речные магистрали Восточной Европы: Днепровский “путь из Варяг в Греки”, Великий Волжский путь, Двинский путь в Прибалтику. Вся Северная Русь переживала общие этнические, политические, экономические процессы. Одной из общих черт было возникновение открытых торгово-ремесленных поселений, обслуживавших систему речного сообщения. Позже они везде уступили место городам, за исключением Северной Руси. Там эти поселения развились в города с вечевыми
[21]
структурами.
 6. Единство Северной Руси было разорвано в IХ – Х вв. в связи с образованием Древнерусского государство с политической осью по Днепровскому пути со столицей в Киеве. Залесская земля из политической периферии Новгорода стала окраиной Киевской Руси в середине XI в.
 7. Тенденции к единству Северной Руси проявились ухе в период политической раздробленности в ХП – ХIII вв. Новгород и Владимиро-Суздальское княжество на протяжении рассматриваемо­го периода предпринимали попытки объединиться, но предлагали, соответственно, народоправческий или великокняжеский принцип организации власти. Эти попытки были объективно обусловлены схожей этнической ситуацией, экономической взаимодополняемостью земель.
 8. Вопрос о власти стал камнем преткновения в вопросе объединения. Естественно-географические, исторические усло­вия. экономические, политические процессы объективно определили сохранение в Новгороде республиканской формы правления и возникновение, утверждение великокняжеской власти в Северо-Восточной Руси. Привлечение политической теории из Византии обусловило наличие у владимирских князей мессианской ответс­твенности и властных притязаний на общерусское главенство. Это подталкивало их с конца XII в. на установление своей власти над Новгородом, защиту его и общерусских интересов в Прибалтике в условиях борьбы с германским натиском. Бремя отвественности не было обронено и после татаро-монгольского нашествия.
 9. Владимирские князья в 40 – 50-х гг. XIII в. сумели вы­работать четкое отношение к Орде и к католическому Западу,
[21]
одновременно подчиняли Новгород, который »ел на уступки, подгоняемый германской угрозой. Установление татаро-монгольского ига и отражение германского натиска, литовского нажима влади­мирскими князьями от земель Новгорода. Полоцка, Смоленска– вот два фактора, способствовавшие образовании севернорусского союза к середине XIII в. Противоречивость отношений из-за вопроса о власти сказалась на форме союза. Формально в нем доминировало Владимиро-Суздальское княжество, собирало дань для Орды, но Новгород отстоял свои внутренние политическую и экономическую свободы, принцип вольности отношений с князь­ями. Подпадение незавоеванного Новгорода под ордынское ярмо в будущем окупилось вызреванием Великорусской народности и соз­данием Российского централизованного государства на территории союза.
 АПРОБАЦИЯ И ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ИССЛЕДОВАНИЯ.
 Положения диссертации были доложены автором в сообщениях на научных конференциях “Мининские чтения-92”. “Мининские чтения-93”. “Мининские чтения-94”. “Мининские чтения-95”.
 Основные положения диссертации продли опытное внедрение на читаемых автором специальных курсах “Отношения Владимиро-Суздальского княжества и Новгорода в ХП – ХIП вв.”. “Древнерусские княжества ХШ – ХIV вв.”. Материалы диссертационного исследования использовались в учебном курсе средней общеобразовательной школы “История Отечества” – 8 класс.
 Работа обсуждалась на кафедре историографии и источниковедения Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского и была рекомендована к защите.
 Основные положения диссертации отражены в следующих пуб-
[23]
ликациях:
 1.Основные направления внешней политики владимирских князей (30-е гг. XII в. –
30-е гг. XIII в.). – В сб.: Мининские чтения. Нижний Новгород, 1992.
 2.К периодизации отношений Новгорода и Владимиро-Суздальских князей в ХП – ХПI вв. – В сб.: Мининские чтения – 1994 // Тезисы доклада приняты к печати.
 3.0 политической доктрине владимирских князей. – В сб.: Вестник Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского. Сборник научных трудов аспирантов. Нижний Новгород. 1995.
Подписано в печать 08.10.96 г. Формат 60Х84 1/16.
Бумага писчая. Печать офсетная. Усл.-печ. 1,2 л.
Заказ 1354. Тираж 100 экз.
Типография ННГУ, Н. Новгород, ул. Б. Покровская, 37.

(0.9 печатных листов в этом тексте)
  • Размещено: 01.01.2000
  • Автор: Кузнецов А.А.
  • Размер: 38.7 Kb
  • © Кузнецов А.А.

 

© Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов). Копирование материала – только с разрешения редакции