Кучерова Т.В. Семья Ржига в документах и фотографиях

24 января, 2022

Интерес автора к семье Ржига, представители которой внесли большой вклад в отечественную культуру и региональное краеведение, имеет давние корни и обусловлен как собственными историко-краеведческими исследованиями, так и общением с потомками рода, проживающими в Москве.

Основой для данной статьи стали документы из государственных и семейных архивов, полученные непосредственно от потомков Ф.В. Ржиги и их родственников по линии его супруги Екатерины Николаевны, урожденной Жуковой.

В 2020 году правнучка Федора Вячеславовича Юлия Александровна Грачева любезно предоставила мне материалы семейной переписки Ржиг и Жуковых, обнаруженной в фондах Рыбинского филиала Государственного архива Ярославской области. Переписка охватывает период с 1892 по 1918 год. Рассмотрение этого эпистолярного наследия в аспекте «истории повседневности» значительно расширяет представление не только о частной жизни конкретной семьи, но и в целом о быте нижегородской интеллигенции в эпоху бурных общественных потрясений начала XX столетия.

Иллюстрациями послужили фотографии из семейных архивов Юлии Александровны Грачевой и Арины Николаевны Полянской (Москва).

***

Род Ржига имеет чешские корни. Отец семейства, Федор Вячеславович Ржига (1847–1926) – преподаватель нижегородских гимназий, член Нижегородской губернской ученой архивной комиссии, автор учебников и научных трудов по сравнительному славянскому языкознанию – родился в небольшом чешском селе Прежемеловско близ города Ледеч-над-Сазавой (Край Высочина), в семье землевладельцев. В 1874 году окончил историко-филологический факультет Пражского университета. В Россию Ф.В. Ржига впервые приехал осенью 1873 года по приглашению Московского предпринимателя В.И. Якунчикова. Он прожил в семье Якунчиковых три года, воспитывая сына Василия Ивановича от второго брака – Василия. Весной 1877 года он покинул семью Якунчиковых и, выдержав экзамен в Московском университете как славянский стипендиат, был назначен в уездный город Рыбинск в качестве преподавателя древних языков в местной прогимназии.

фотоКабинет-портрет Ф. В. Ржиги с дарственной надписью:

«Доброму другу Николаю Ивановичу Лялькину на память от Ф. Ржиги,

12 августа 1904 года».

Рыбинск, фотоателье Александра Пийра, 1904 год

Здесь Федор Ржига познакомился с Екатериной Николаевной Жуковой (1860–1925), дочерью рыбинского купца 2-й гильдии. Их брак был заключен в 1882 году в Варшаве, на новом месте службы Федора Вячеславовича (Царство Польское входило в состав Российской империи).

фотофото

Федор Вячеславович Ржига в возрасте 35 лет и Екатерина Николаевна Жукова в возрасте 22 лет. Варшава, 1882 год

фотоПриглашение на обряд бракосочетания учителя древних языков Ф. В. Ржиги и девицы

Е. Н. Жуковой в Мариинской православной церкви Варшавы

24 октября 1882 года

22 сентября 1883 года у супругов родился первенец – сын Вячеслав (по-домашнему Вяча), будущий известный советский филолог-славист Вячеслав Федорович Ржига (1883–1960), специалист в области древнерусской литературы, профессор кафедры русской литературы факультета русского языка и литературы Московского государственного университета.

фотоВячеслав Федорович Ржига

(1883–1960)

22 декабря 1885 года родился второй сын – Николай Федорович Ржига (1885–1954), в будущем инженер-капитан 1-го ранга, занимавший высокий пост в наркомате ВМФ СССР.

фотоНиколай Федорович Ржига

(1885–1954)

В 1887 году Федор Вячеславович получил назначение на должность преподавателя Нижегородской губернской мужской гимназии, и семья переехала в Нижний Новгород. Поселились они по адресу: ул. Большая Покровская, дом Чеснокова (по современной нумерации 10), кв. 42. Окна квартиры выходили на Театральную площадь.

фото

Бывший доходный дом Никандра Степановича Чеснокова. Современный вид

Дом относился к приходу Верхнепосадской церкви Николая Чудотворца.

фотоВерхнепосадская церковь во имя Николая Чудотворца. Фото 1920 года

 

Любопытно, что в этой церкви в 1850-х годах служил отец литературного критика Николая Добролюбова Александр Иванович Добролюбов, а с 1882 года – священник со сходной фамилией – Дмитрий Александрович Добролюбский (1854 г. р.), сын причетника Симбирской епархии, выпускник Казанской духовной академии, кандидат богословия, преподаватель и член правления Нижегородской семинарии. Именно он являлся настоятелем прихода, когда Федор Вячеславович и Екатерина Николаевна крестили свою дочь Надю.

Надежда Федоровна Ржига (1892–1944), активный участник Нижегородского общества изучения местного края, инициатор и первый руководитель отдела краеведческой библиографии Нижегородской областной библиотеки, появилась на свет 25 ноября 1892 года.

фотоСвидетельство о рождении Надежды Федоровны Ржига, выданное Нижегородской духовной Консисторией в 1911 году

Запись о родившихся в метрической книге Никольской церкви гласит: «Надежда, дочь коллежского советника Федора Вячеславовича Ржиги и законной жены его Екатерины Николаевны, православных, рождена тысяча восемьсот девяносто второго года ноября двадцать пятого и крещена двадцать девятого числа. Таинство крещения совершил священник Дмитрий Добролюбский».

Данный документ, полученный от Ю. А. Грачевой в 2017 году, оказался важен для уточнения биографических данных Надежды Федоровны: ранее считалось, что она родилась в 1893 году, от которого и отсчитывались все ее юбилейные даты.

фото

Надежда и Николай Ржига.

Фотоателье М. П. Дмитриева, 1893 год

Проникнуть в обстоятельства жизни семьи конца XIX – начала ХХ веков помогают материалы семейной переписки Ржиг и Жуковых, хранящиеся в личном архиве переписки Надежды Ивановны Жуковой в Рыбинском филиале Государственного архива Ярославской области (Ф. 234. Оп. 1. Дд. 1-19).

Всего здесь более 360 писем, и свыше трети из них – из Нижнего Новгорода, автором которых преимущественно является Екатерина Николаевна Ржига. По мере взросления к переписке присоединялись дети, изредка за перо брался и Федор Вячеславович.

фото фото

Родители Екатерины Николаевны – рыбинский купец 2-й гильдии, потомственный почетный гражданин Николай Александрович Жуков (1839–1904) и Надежда Ивановна Жукова (урожденная Воронова, 1852–1918)

Переписка сохранилась с частичными утратами и по хронологии, и по состоянию бумажной основы листов. Тем не менее, она дает целостное представление об атмосфере, царившей в этой семье, наполненной нежной заботой о родных, глубоким интересом ко всем крупным и мелким событиям в их жизни. Это были глубоко верующие люди: они отнюдь не формально соблюдали религиозные праздники и посты, часто ходили в церковь. Родители Надежды Николаевны ратовали за постройку нового храма в селе Юршино Рыбинского уезда, где каждое лето отдыхали Жуковы и Ржиги. При этом, как было принято в культурных семействах, дети обучались игре на музыкальных инструментах (скрипке и фортепиано), много читали, для них устраивались домашние праздники и походы в театр.

Большое место в письмах Екатерины Ржиги уделяется городской жизни, знакомым из близкого круга, работе мужа и учебе детей.

Так, 23 сентября 1895 года Екатерина Николаевна сообщает родителям о ходе подготовки к предстоящей в 1896 году в Нижнем Новгороде XVI Всероссийской промышленной и художественной выставке (здесь и далее письма в современной орфографии цитируются по источнику: «Не так живи, как хочется, а как Бог велит»: письма к купчихе Надежде Ивановне Жуковой: машинопись [на правах рукописи] / Сост. Ю. А. Грачева. – Москва, 2020. – 301 с.):

«…Вы теперь Нижний не узнаете, прихорашивается со всех сторон; столько здесь рабочих, так что по окончании работ, когда возвращаются, то заполоняют всю Покровку. Театр, против нас что строится, выходит прекрасным изящным зданием; везде асфальтовые тротуары, так что асфальтом всех заразили; дома все открашиваются, особенное же внимание обращено на казенные здания: должно быть, боятся Государя, да чтобы и перед иностранцами не ударить лицом».

фотоГородской Николаевский театр. Почтовая карточка, начало ХХ века.

Позади театра видна Никольская церковь

8 октября 1896 года:

«…сегодня совет, завтра или в понедельник выдадут мальчикам выводы за 1-ую четверть. Да, время идет, наши молодцы растут, теперь, конечно, еще дети, и забавы их детские… С возрастом предмет удовольствия и интереса их, конечно, должен измениться, дай Бог, чтоб они направили волю их на доброе и полезное».

Здесь Екатерина Николаевна тревожится не только о сыновьях, но и о брате Николае Жукове, который также учился в Нижегородской гимназии.

Брат Екатерины Николаевны Николай Жуков, ученик Нижегородской гимназии,

с родителями. Рыбинск, ок.1900 года

17 августа 1897 года:

«Здесь стоит знойный жар <…> воздух весь пропитан лесной гарью, на огромных сплошных пространствах горят леса, и средств никаких нет: все, что принималось для противодействия, все оказывается ничтожным; над городом стоит мгла, а на ярмарке она, смешавшись с пылью, еще делается гуще и удушливее. Но, несмотря на все это, оживление на ярмарке громадное, народу везде масса, замечается наплыв иностранцев: французов, немцев и других наций – это, должно быть, с московского конгресса. За эти два года западная Европа заметно познакомится с Россией».

19 марта 1898 года:

«В гимназическом мире большая и очень приятная новость та, что имеющие хорошие отметки по 4-м главным предметам переводятся без экзаменов, так что все наши трое имеют права на эту льготу. Не сомневаюсь, что уже и в рыбинской гимназии сообщено это распоряжение от нового министра. Интересно, сколько в Рыбинске таких освобожденных, в Нижегородской гимназии, кажется, не очень много подойдет под эту статью, так что для преподавателей экзамены будут существовать почти в прежней силе».

фото

Федор Вячеславович Ржига с сыновьями.

Нижний Новгород, 1890-е годы

7 января 1900 года:

«Праздники прошли, снова наши труженики принялись за свои дела. На святках отдохнули. Много веселиться, развлекаться увеселениями тоже не пришлось, да мы и довольны с отцом, потому что беспрерывные развлечения, какие устраивает теперь молодежь, губят совсем здоровье. Все это еще впереди. Вячеслав был раз в клубе, два раза в театре и играл в любительском оркестре на вечеринке петербургских студентов в пользу недостаточных студентов, после концертного отделения были танцы, но танцы для взрослых. А я с двумя младшими была у знакомых на 3-х елках, потом 4-ю устраивали у себя дома, скромненькую украшениями, но обильную лакомствами».

фото

Надежда и Николай Ржига, около 1900 года

7 мая 1901 года, пишет Вячеслав Ржига:

«Две недели назад здесь студенты несколько раз пытались устроить сходки; но все попытки, благодаря бдительности полиции, были неудачны. Около того же времени здесь было произведено много обысков и арестовано около тридцати лиц, по всей вероятности, за сочувствие студенческим движениям. В числе арестованных находится один гимназист V класса и две гимназистки и знаменитый Горький. Я думаю, многие читатели и почитатели Горького не подозревают, что он сидит в нижегородской тюрьме.

3-го мая здесь был концерт Долиной с участием скрипачки Гамовецкой и пианистки Кондаковой. Я был на этом концерте. Все номера программы были исполнены довольно хорошо.

Недавно я купил себе «Сонаты» Бетховена. Думаю летом позаняться их разучиваньем».

фото

Екатерина Николаевна Ржига с детьми и родственниками. Она сидит справа, у ее ног – Надя и Николай, Вячеслав стоит слева от матери, прислонясь к дереву. Около 1901 года

Та же обеспокоенность ситуацией в учебных заведениях Нижнего Новгорода в связи с политическими волнениями сквозит и в письмах периода первой русской революции 1905–1907 годов:

29 сентября 1905 года, пишет Екатерина Николаевна:

«В гимназиях что делается, так ужас. Такой произвол царит среди учащихся, родители-то совсем ослепли и изнемогли. Все теперь признают, что время, нами переживаемое, самое тяжелое. Не надо унывать, будем надеяться, что Господь не совсем оставит нас, придет и укажет путь».

26 октября 1905 года:

«У нас почти все учебные заведения закрыты. Вчера в женской гимназии было совещание родителей – продолжать занятия или нет. Большинство высказалось за продолжение, но противоположная партия сильно высказывалась за прекращение».

фото 

Федор Вячеславович, Екатерина Николаевна и Надежда в своей квартире

на Большой Покровской улице. Около 1909 года

Но были и хорошие события. 23 февраля 1909 года:

«21 февраля мы праздновали торжество гимназии, 100-летний юбилей и новоселье [открытие нового гимназического корпуса на ул. Тихоновской, ныне Ульянова – Т.К.]. Участвовал весь город, было множество депутаций от разных учреждений с адресом и приветствиями. Начался молебен в 12 ч., после молебна был предложен кофе, чай, торт и шампанское. Затем начался акт, читались речи и произносились приветствия.

Я давно не испытывала таких отрадных чувств, какие испытала тогда. После таких жестоких гонений и гнета услышать, наконец, общую признательность и благодарность – это поистине утешительно, особенно под старость. Федор Вяч. тоже сказал приветствие на латинском языке, он сказал прекрасно, публике понравилось, ученики кричали браво, громко аплодировали. Мы вернулись в 6 ч. Сегодня занятия начались в новом здании. Оно просторное, светлое, с хорошим воздухом».

фото

Нижегородская мужская гимназия. Почтовая карточка М.П. Дмитриева, 1911 год

 

24 августа 1911 года Екатерина Николаевна пишет родителям:

«Коля уже почти две недели как на море Балтийском на крейсере «Баян». По его письму видно, что он доволен. Из Гельсингфорса прислал нам открытку. Теперь происходит у них учебная стрельба из орудий на море. «Можно представить себе», – пишет он, – что происходит на корабле во время боя». <…>

Сегодня здесь торжества. Нижегородцы чтят память Минина; минуло 300 лет как вышло из Нижнего ополчение на защиту родины от поляков. Занятий нет; торжественное богослужение и крестный ход к тому месту, откуда отправлялось ополчение под стягом Нерукотворенного образа Спасителя, который теперь в соборе находится, все учебные заведения участвуют в крестном ходу. В 4 ч. торжественное заседание в думе, будут произнесены речи, исполнен гимн в честь Минина».

фотоНиколай Ржига – матрос Балтийского флота. 1911 год

Особый интерес представляют письма периода Первой мировой войны.

22 августа 1914 года:

«Теперь Нижний очень занят хлопотами по устройству лазаретов для раненых. Шьется белье, во многих комитетах и на дом отпускают. Ожидают прибытия около 2000 чел. раненых. <…>

Третьего дня был устроен сбор-продажа флагов в пользу раненых. Собрали 20 тысяч. 30 августа опять будет устроена продажа флагов в пользу семейств раненых. Продавать будут дети и все учащиеся средних учебных заведений.

От Николы последнее письмо было с моря с одним словом: здоров».

3 октября 1914 года:

«27 сент[ября] крейсер «Адмирал Макаров» был атакован неприятелем; личный состав переживал ужасные минуты, близость смерти была неминуема.

Провидение Божие спасло его. Невыразимо печальна участь «Паллады», все в одно мгновение погибли. От Коленьки получили вчера краткое известие – здоров, и крейсер невредим.

Общество возмущено тем, что на дозорную службу посланы были крейсера, а не меньшие суда, стоимость которых меньше, а главное меньше жертв.

Если б я была не слепая, а Федор Вяч[еславович] помоложе, мы бы оба ушли: я сестрой милосердия, а он переводчиком в действующую армию».

Впервые из переписки мы узнаем об участии в военных действиях Надежды Федоровны Ржига в качестве фронтовой сестры.

фото

Николай Ржига с сестрой Надеждой. Москва, зима 1914 года

 

26 ноября 1914 года она пишет бабушке в Рыбинск:

«Как Вам мама уже писала, я дала согласие ехать на войну, но как теперь выясняется, в скором времени не будет от общин Кр[асного] Креста никаких командировок. На войне затишье, и многие лазареты в свернутом состоянии.

Последнее время я работала в лазарете военнопленных, но сейчас вот уже четыре дня сижу дома, схватила небольшой кашель и лечусь.

Карточки посылаю, кажется, довольно удачную».

фотоНадежда Ржига – сестра милосердия. Нижний Новгород, ноябрь 1914 года

Но на фронт она попала лишь в январе 1916 года.

6 января 1916 года, пишет Екатерина Николаевна:

«От Нади получила три письма, одно с пути, другое из Киева о прибытии, а третье сегодня о назначении их за Киев ближе к военным действиям. <…> В Киеве была в соборе. Уезжая из Киева, просила благословить ее на предстоящую работу».

В письме от 12 января сообщается и пункт первоначального назначения – город Волочиск Волынской губернии (ныне Хмельницкая область Украины), а в начале марта их перевязочный пункт передислоцировался в Галицию.

2 апреля 1916 года:

«От Надюньки последнее письмо было 28; в ночь на 21 прискакал к ним на пункт из штаба вестовой с приказом им переместиться, собрались, потянулся длинный ряд повозок, тяжелораненых несли санитары на носилках. Надя пешком шла. Слава Богу, пишет, обстрелу неприятеля не подверглись».

3 апреля 1916 года Надежда пишет в Рыбинск с Галицийского фронта:

«Здравствуйте, дорогая бабушка крестная, Христос Воскресе! Мы с своим питательным пунктом стоим теперь в селе наполовину разрушенном, в 5-6 верстах от позиции. Кормим раненых и больных, которые проходят через перевязочный пункт. Тяжело раненным делаются операции, и они на пункте задерживаются. Теперь погода ненастная, на фронте тихо, и раненых поступает к нам немного. Если в солнечный день выйти за село, то в бинокль видны и наши окопы, и неприятельские.

При солнышке и перестрелка оживляется, и аэропланы к нам залетают. Наши батареи стреляют в них, и белые облачка взрывов показываются высоко в небе.

Вместе с перевязочным пунктом мы довольно часто передвигаемся. <…>

Сейчас я одна хозяйка на своем пункте. Старшая сестра уехала по делам за 80 верст в управление Красн[ого] Креста, пробудет дней 5. <…>

Обедаем мы вместе с врачами. Врачи симпатичные, и отношения у нас с ними хорошие. Скоро, наверное, солнышко выглянет, и действия боевые начнутся. Подруги мои, другие сестрицы из Нижнего, все далеко от позиций, и ни с кем из них я не видалась. <…>

Есть в селе церковь, но священник убежал еще в начале войны, и нет служб. На Пасху, кажется, приедет священник из полка».

Осенью 1916 года Надежда вернулась домой, а после короткой побывки отправилась в Москву сдавать очередные экзамены на Московских высших женских курсах, которые окончила в 1917 году.

7 декабря 1916 года Екатерина Николаевна прозорливо заметила:

«Мы молимся, чтобы Господь Бог смятение послал среди наших противников, а на самом-то деле, это смятение в самой России, среди нашего русского народа. Господь прогневался. Так всегда бывало, если заглянуть в отдаленные прошлые времена. Никакие грехи, беззакония не проходят даром, должно свыше караться, таков закон…».

Переписка с Рыбинском обрывается в 1918 году. Данный массив документов, сохранившихся в Рыбинском архиве, представляет собой лишь малую толику обширного наследия семьи Ржига, раскиданного по разным архивным фондам (преимущественно Москвы и Нижнего Новгорода). Введение в научный оборот и совокупный анализ полного комплекса выявленных источников, несомненно, является актуальной задачей для историков и краеведов.

© Открытый текст (Нижегородское отделение Российского общества историков – архивистов). Копирование материала – только с разрешения редакции