Кучерова Т.В. Артиллерийские курсы в Семенове по материалам семейной переписки

21 июня, 2022

Семейная переписка Сементовских 1943–1944 годов представляют собой редкий, а потому особенно ценный комплекс источников об Артиллерийских Краснознаменных курсах усовершенствования командного состава (АККУКС), базировавшихся в г. Семёнове Горьковской области с июля 1941 года (с момента перевода из г. Пушкина Ленинградской обл.), по ноябрь 1944 года, когда курсы переименовали в Высшую офицерскую артиллерийскую школу (ВОАШ) и перевели в Ленинград.

На эти курсы капитан Юрий Владимирович Сементовский был направлен с Калининского фронта в первых числах января 1943 года для обучения в отделении начальников штабов, а в марте того же года, по окончании учебы, был зачислен в штат АККУКС преподавателем отделения командиров батарей.

Переписка позволяет воссоздать обстановку жизни офицеров-преподавателей и их семей с марта 1943 по ноябрь 1944 года и развенчивает ошибочное мнение о том, что курсы оставались в Семенове до конца 1945 года.

Адресаты писем Ю. В. Сементовского – отец Владимир Николаевич Сементовский, профессор географии Казанского университета, мать Мария Афанасьевна, жена Агния Герасимовна (в сентябре 1941 года заменившая мужа в должности начальника геологической партии № 11 Горьковского геологического управления и руководившая ею до марта 1943 года), дочь Светлана 1937 года рождения.

Большинство писем написаны на стандартных листах бумаги (они пересылались в конвертах, которые не сохранились), другие представляют собой складные письма или почтовые карточки (открытки), на которых указан обратный адрес отправителя. Эти адреса могут быть интересны семеновским краеведам, изучающим историю и топонимику родного города.

При публикации сохранена орфография подлинника. В квадратных скобках приведены необходимые пояснения и комментарии.

Т. В. Кучерова,

внучка Ю. В. Сементовского

 

1943 год

 

Ю. В. Сементовский жене Агнии Герасимовне в дер. Ильинка, Чувашия.

7 марта 1943 года

            «7.3.43. Открытку отправленную из Горького 27-го получил только вчера, из Казани уже давно не получал ничего. Напиши скорее, как ты устроишься в Казани, потому что думаю, что не имея никакой работы едва ли удастся тебе все время быть там. У меня все по-старому, если не считать того, что срок нашего обучения продлен, кажется, до конца апреля. Высылаю здесь две главы своей статьи, дальнейшее буду высылать вероятно через неделю». <…> [Далее следуют подробные указания по написанию отчета в Горьковское Геологическое управление].

фото

Капитан Ю. В. Сементовский, 1943 год

14 марта 1943 года

            «14.3.43. Уже около полутора месяцев не получал из Казани ни одного письма. У меня все по старому. Высылаю продолжение статьи, сообщи о получении этой и начала <…> [Далее излагаются выводы его геологических исследований и даются указания по работе]. У нас начинает понемногу таять. А у вас?

Ю. С.»

А. Г. Сементовская мужу в г. Семенов.

22 марта 1943 года

            «22.3.43. Третий день уже как приехала из деревни [Ильинка Моргаушского района Чувашии], но все нет времени написать тебе письмо. Как только я уеду из дому, так без меня обязательно что-нибудь случится. Мария Афан. опять заболела и очень серьезно. Ее сердце абсолютно не позволяет ей двигаться. Вчера на субботнике профессор Малкин мне (убирали снег со двора) сказал: болезнь очень серьезная, двигаться абсолютно нельзя. Очень хорошо, что я уволилась, работать, к сожалению, пока не могу. Сегодня вызвала районного врача и возьму справку о ее болезни, с которой меня не имеют права тревожить куда-либо. Юра, я слыхала что есть правило или закон после годичного пребывания на фронте имеют право получить десятидневный отпуск, мать плохая, хочет видеть тебя».

Ю. В. Сементовский жене в Казань.

6 апреля 1943 года

            «6.4.43. Сегодня получил твое письмо от 22 марта. Оно только подтвердило мои опасения. С получением этого вышли мне телеграмму о болезни, заверенную врачом поликлиники. Зачеты мы сдаем к 27 апреля, буду всеми мерами пытаться получить отпуск, не знаю, однако, добьюсь ли чего. Скажи Светлане, что ее письмо с картинками я получил, но писать сейчас совершенно некогда. Пиши. Ю. С.»

23 мая 1943 года

            «23.5.43. В Казань пароход прибыл в 10 ч. (22 ч.), быстро получил билет во второй класс, но ждать посадки пришлось до 4 час. утра. Из Казани вышли т. о. [таким образом] с опозданием уже в 6 час. В последующем оно все возрастало, а наша уверенность в своевременном прибытии соответственно падала. Наконец, на последней пристани перед Горьким убедились, что на поезд опоздаем. Тем более удивительным было подойти к Горькому в 17-45 – за 1 ч. 10 м. до отхода поезда, непонятными мне путями нагнав несколько часов опоздания. Сели на поезд и вовремя прибыли в Семенов. Вчера весь день искал квартиру, обошел до 10 или более мест, но нигде нет отдельной комнаты. Сегодня, при помощи КЭО (это не человек, а квартирно-эксплуатационный отдел) возвратился на квартиру, но тоже в одной комнате с хозяевами (хотя в предварительной договоренности дело выглядело иначе). Завтра буду искать другую квартиру. Моему товарищу сегодня повезло – нашел сразу три отдельных комнаты, правда, одна из них еще занята, другая как будто уже занята, третья неважная. Но м. б. одну из них занять удастся. К квартирантам здесь предъявляют два основных требования: 1) иметь дрова (это моя организация обеспечивает) и 2) быть одиноким, т. к. с семьей пускают гораздо менее охотно. Я пока действую под маркой одинокого, но подал в КЭО заявку на квартиру для семейного. Напиши примерно когда ты сможешь приехать и на сколько, поедут ли мама и Светлана – это нужно знать возможно скорее, т. к. дело связано с развозкой дров, подысканием квартиры и прочими делами. М. б., удастся договориться временно жить вдвоем и на «одинокой» квартире. Сейчас нахожусь в катастрофическом положении: мой огородный участок уже вспахан, а садить нечего. Картошка здесь дороже казанской, так что на очередную получку много не купишь. В организ[ованном] порядке дать обещают, но предупреждают: «лучше не ждите». Ю. С.»

фото

Фрагмент письма Ю. В. Сементовского от 23 мая 1943 года

 

18 апреля 1943 года

            «Удивительно много времени здесь уходит на разные хождения по самым разнообразным инстанциям: по поводу столовой, квартиры, картошки, газет и т. п. На подготовку к занятиям почти не остается времени, а этих организационных дел осталось еще достаточно, да впереди еще посевная кампания. Вчера получил наконец обещанный посевной картофель – 24 кг – постараюсь натянуть на возможно большую площадь. Посадку придется начать лишь через несколько дней, т. к. уже два дня идет дождь и не имеет предпосылок к прекращению. Помимо картошки не предполагаю садить больше ничего, т. к. участок расположен далеко и регулярно следить за ним не придется, воды близко нет, да и нечего сеять, т. к. всякие семена сейчас достаточно дороги. С 1-го мая получаю оклад уменьшенный против прежнего на 150 р., а расходов прибавилось: квартира, дрова и пр., так что с будущего месяца, когда прибавится еще заем, в моем бюджете появится дефицит. Дров здесь обещают до 10 м3 в год по цене 40 р., причем эти дрова являются основной валютой в квартирных делах. К ним ежемесячно придается еще до 100-150 р. квартплаты.

            Моя учебная нагрузка на три м-ца предполагается в 135 ч. на группу, пока намечено для меня 2 группы, но м. б. добавлена и третья, тогда придется заниматься весьма напряженно. Занятия начнутся, видимо, 24 мая. Пиши, как прошла посевная кампания у вас, как обстоят другие дела. Если будет что-нибудь известно о филиале АН [Казанский филиал Академии наук СССР с Геологическим институтом в составе был открыт в 1946 году, с ним связана вся дальнейшая трудовая жизнь Ю. В. Сементовского] – сообщай, меня этот вопрос очень заинтересовал. Ю. С.»

Ю. В. Сементовский родным в Казань.

30 мая 1943 года

            «30.5.43. Пять дней назад начал посевную кампанию, однако недостаточно удачно: до вчерашнего дня ежедневно лили дожди, земля очень сырая, а на наших участках в особенности. Засадил (с интервалами в 0,5 м) пока 1,5 сотки, еще около 1 сотки посажу, когда как следует подсохнет, возможно, что эта посадка взойдет быстрее ранней. Всходов пока нет кажется ни у кого. Пока в ожидании будущего урожая начал есть собственную картошку (обрезки). Вчера весь день работал на огороде и т. к. был без рубашки, то поджарился не хуже, чем в Анапе когда-то, спина болит до сих пор. Питание сейчас в столовой значительно улучшилось, часто бывают котлеты и прочие мясные блюда. Три дня назад начал и занятия – пока с одной группой, на днях должна собраться и вторая. Ю. С.».

[Почтовая карточка]

Куда: г. Казань, Комлева, 20, кв. 1. Кому: Сементовской А. Г. 

Адрес отправителя: г. Семенов Горьковской обл. Офиц. Арт. Школа. Сементовский Ю.

3 июня 1943 года

            «3.6.43. Позавчера получил неожиданно открытку (ждал позже). Вчера весь день занимался в поле, сегодня тоже занятия, завтра хотел досаживать огород, но ввели занятия во второй группе. Вечера на этой неделе тоже все заняты, так что огородом заняться придется в воскресенье. Что-либо кроме картошки посадить едва ли удастся (поздно и нет семян).

В Казани ты едва ли добьешься чего-либо, а документы в дороге проверяют на каждом шагу. Сегодня подаю рапорт, думаю, что через неделю-две смогу выслать разрешение. При отъезде тебе, конечно, нужно сняться со всех видов довольствия и взять соответствующие документы. Здесь семьи п/с [преподавательского состава] питаются в другой столовой, о качестве питания там не знаю, но вероятно немного похуже, чем у нас. Сейчас и в нашей столовой в связи с началом нового месяца рацион вошел в норму. Ю. С.».

 

Ю. В. Сементовский жене (начало письма не сохранилось).

4 июня 1943 года

            «…Получив первое письмо, я думал, что вопрос о твоем приезде решен и подал рапорт о пропуске, но сегодня получаю вторую открытку – и вновь неопределенность.

            Семьи преподавателей здесь питаются (получают обеды на дом) в столовой вольнонаемного состава, к этому может быть присоединен также и мой рацион из столовой. Сведений о качестве первого – не имею, что-либо дополнительное к этому основному пайку едва ли бывает. Цены здесь вообще не ниже казанских, и на базар серьезно рассчитывать не придется. С огорода, разумеется, рассчитываю кое-чего собрать. Если хватит денег на рассаду – посажу еще что-нибудь. Вот мои ресурсы – прожить, хорошо или плохо, конечно, можно. Начальник Школы сегодня сообщил нам, что положение преподавателей в будущем будет значительно улучшено, но это после войны. С другой стороны, здесь со Светланой ты едва ли сможешь работать, да и работа здесь не даст того, на что ты рассчитываешь в намечающейся работе в Казани. Прошу тебя хорошенько обдумать все это и с материальной стороны и во всех других отношениях, спросить совета родителей. Я же затрудняюсь сказать что-либо определенное. Я, разумеется, буду только рад вашему со Светланой приезду, но теперь – пока идет война – это не столь уж важное соображение. Свое решение, каково бы оно ни было, возможно скорее телеграфируй (Семенов, Офицерская школа), т. к. в ближайшее время кажется будет возможность решить вопрос с квартирой.

            Я занят сейчас с 5-6 часов утра до вечерних сумерек. В истекшей неделе имел 5 полных дней занятий, в будущей – не меньше, свободные дни также уходят полностью на подготовку, поверку работ, так что не всегда успеваешь даже прочитать газеты.

4.6.43. Жду телеграммы. Ю. С.

  1. P. S. Несколько дней назад получил извещение на посылку. Завтра, наверно, смогу получить. Если она в порядке, то будет весьма кстати – ведь месяцев через пять начнутся опять холода».

 

Почтовая карточка.

Куда: г. Казань, Комлева, 20, кв. 1. Кому: Сементовским. 

Адрес отправителя: г. Семенов Горьк. обл. Офиц. Арт. Школа. Сементовский Ю.

9 июня 1943 года

            «9.6.43. Большое спасибо за перевод: теперь буду иметь в сберкассе хоть какой-нибудь запас на случай затрудненного положения, запас, которого хватит, вероятно, надолго.

            Картошку свою садить кончил 6-го. Всего в три приема засадил 21/4 сотки, истратив на это дело 18 кг (800 гнезд), да съел к тому же еще килограмма 4. Остается сидеть и ждать, а картошка пока не показывает и признаков жизни.

            Посылку получил, все оказалось в полном порядке, испортился лишь чеснок, промерзший зимой. Некоторые преподаватели здесь начинают промышлять рыбной ловлей, другие собираются охотиться, но для всего этого нужны соответствующие принадлежности. Я думаю заняться попозже, на худой конец, хотя бы грибами, благо лесов здесь достаточно. В общем, каждый промышляет как может и озабочен обеспечением семьи на зиму. Намечавшийся было к разрешению вопрос с квартирами – в масштабе всего города – не прошел, поиски продолжаются в частном порядке. Ю. С.».

 

Ю. В. Сементовский жене в Казань.

14-15 июня 1943 г.

            «14.6.43. На моем огороде появились обильные всходы резеды, одуванчика, разных трав. Картошки, при всем желании, не мог найти ни я, ни вызванные эксперты. При более глубоком исследовании оказалось: на более сухом участке картошка поздней посадки скоро появится над землей, на сыром участке картошка ранней посадки уже не появится, т.к. полностью сгнила (такая же участь постигла большинство посадок первой половины мая). Отсюда первый вывод: картошку в грязь садить нельзя. Таким образом осталось у меня лишь около 1,5 соток картошки.

            Желая вознаградить себя за эту потерю, принялся я за другие культуры. Вчера посадил 120 корней капусты, в следующее воскресенье буду садить свеклу, репу, морковь, брюкву. Много или мало, но что-нибудь да с этого и соберу. (В землю закопал пока в общей сложности около полутора сот рублей).

            В первые полмесяца наших занятий мы (с майором Петровым) подверглись нашествию поверяющих: на занятиях присутствовал старший преподаватель – не раз, начальник курса, начальник цикла, нач-к (зам) учебного отдела. Все они, видимо, остались удовлетворенными нашей работой, т. к. не сделали ни одного сколько-нибудь существенного замечания и теперь, видимо, надолго оставят нас в покое. В скором времени мне представится возможность получить еще одну – третью группу (если не прибудут еще новые преподаватели).

[На обороте листа]. 15.6.43. Вчера получил телеграмму. Пришла она еще в субботу, но по милости экспедитора пролежала до понедельника. Она – экспедитор – не соблаговолила сказать мне о телеграмме, хотя и живет в одном доме. Как только оформят документы, вышлю в ближайшие 2-3 дня ценным письмом (сообщи получение). В. К. Петров также недавно отправил документы. Получил он: отношение в милицию для получения пропуска, литера для проезда (и получения билетов в военной кассе), литер на перевоз багажа (до 150 кг). Разумеется, все это дают однажды, для единовременного переезда, хотя один пропуск (без литеров), вероятно, получить можно будет и в дальнейшем.

            Разумеется, тебе необходимо сняться с довольствия и привезти все необходимые справки и документы. Захвати для меня какие-нибудь легкие туфли (для дома), майку и трусы (а теплые вещи есть в посылке). Поищи хорошего – настоящего крема для обуви (не такого, что я купил в Казани – в бумажных коробках). Затем нужна еще кое-какая посуда (хотя бы носить обеды и т. п.). Достань обязательно хоть немного рыболовных крючков. Это может явиться некоторым подспорьем. Не отказался я также от мысли получить все же от тебя «розы» [розы простираний – геологический термин, означающий диаграммы трещин земной коры] и фотографии (если можно будет быстро их напечатать). Или если в Горьком окажется время, попробуй получить один экземпляр отчета – «на время». Однако это в последнюю очередь. Как быть с аттестатом – пересылать ли получаемые по нему деньги сюда или аннулировать его совсем. Думаю, что лучше первое, т. к. второе связано с огородом В. К. [Петрова] и прочим.

            Труднее всего будет прожить до осени – до нового урожая, т. к. из разговоров выясняется, что столовая для иждивенцев – это на добрую половину фикция. Помимо пайка – 400 гр. хлеба там дают лишь один раз в день только суп (для неработающих). Какие-либо дополнения бывают редко и мало. Так что может быть придется взять какие-нибудь 2-3 вещи для продажи на первое время. Говорят, жены некоторых преподавателей занимаются вышиванием, чем оказывают немалое подспорье, получая за работу натурой. А в остальном я большие надежды возлагаю на огород – буду садить все что можно и пока можно, используя все свое свободное время. С квартирами все еще обстоит неважно. День ото дня откладывают его разрешение, да к тому же имеется еще противодействие местных властей. Так что не уверен в том, что удастся получить вполне хорошую квартиру, может быть, найдется где-либо на окраине города. (Хотя весь-то его можно пройти за 20 минут). Ю. С.

P.S. Сегодня утром заказал документы, к вечеру или завтра будут готовы».

17 июня 1943 года

            «17.6.43. Чем больше я обдумываю и подсчитываю все возможности относительно прожиточного минимума здесь, разговариваю со старожилами, тем более убеждаюсь в отсутствии каких-то благоприятных перспектив. Семейные преподаватели не могут сказать на этот счет ничего обнадеживающего. Качество столовой такое, что не все даже пользуются ею (даже не получая ничего взамен). Правом на получение полного питания в ней пользуются лишь работающие в самой Школе члены семьи. Остальные получают лишь одно первое (если оно может быть названо так) только один раз в день. В остальном – промышляют кто как может (а на этот счет тоже особых перспектив не предвидится). С моего огорода, конечно, я кое-что соберу, но даже полный урожай едва ли обеспечил бы нас на зиму, а половину основного урожая – картошки – я уже потерял, и его едва ли можно возместить усиленной посадкой всего остального. Тем более трудно будет прожить в таких условиях со Светланой без ущерба прежде всего для нее. А работу, притом, как говорят, «хлебную», нельзя рассчитывать здесь найти. В сравнении с этим работа в Казани даст тебе известные материальные ценности (прямо и косвенно) – кое-какое питание и снабжение. Если сочтешь их незначительным преимуществом перед здешней жизнью, то – могу выслать документы в любое время – они у меня на руках. В довершение всего присоединяется вопрос с квартирой. Я надоедаю здесь с этим делом уже более месяца, но реального так ничего и не нет – все переполнено. Сам я сейчас рассчитываю перейти на другую – лучшую квартиру с отдельной маленькой комнатой, ближе к Школе (хозяева – пожилые муж и жена, по отзывам – культурные люди), но это опять-таки только для одного. Мой коллега – Петров не в лучшем положении и подумывает уже о том – не послать ли телеграмму о запрещении выезда семье – исключительно из-за отсутствия квартиры.

            Таковы-то мои невеселые дела. Что же касается работы, занятий, то все идет нормально. Ожидаю с нетерпением, когда же снова появится «в последний час», и надеюсь, что к осени, к зиме многое должно измениться. Завтра собираюсь идти на огород часа в 4 утра, чтобы до занятий успеть кое-чего сделать. Ю. С.».

 фото

Вид города Семенова. Фото с сайта «Hotelparizh.ru. История города Семенов»

 

18-19 июня 1943 года

            «18.6.43. Отчаявшись найти подходящую квартиру, пошел договариваться относительно квартиры для одного. Однако, зайдя в штаб, неожиданно получил телеграмму наконец все решившую. Немедленно повернул в КЭО, где только что получил новые адреса. Завтра утром обещали показать квартиру – небольшая, требует небольшого ремонта (который должна сделать Школа). Сейчас почта уже закрыта, одновременно с этим письмом завтра высылаю (ценным письмом) документы. Одновременно начинаю форсировать огород (жаль только, что нечем вполне эквивалентным заменить погибшую картошку). Сегодня копал с 5 до 8 утра, завтра и послезавтра засажу еще ¾ сотки, затем буду копать дальше.

            Из постельных принадлежностей возьми кое-что, т. к. мне придется сдать полученное здесь. У нас есть, кажется, лишний примус, он также может здесь пригодиться, т. к. керосин изредка выдают. На базаре, говорят, более высоко ценятся разные женские вещи, чем мужские.

            С высылаемыми документами имеешь право получить билеты в воинской кассе. Для этого нужно сначала обратиться к военному коменданту, а т. к. претендентов на мягкие [места] может быть порядочно, необходимо занять очередь заранее. Перед выездом вышли телеграмму с указанием числа, времени (утро-вечер) и названия парохода. Если у меня будет окно в расписании в 2-3 дня, то попытаюсь выехать в Горький, хотя определенно точно обещать не могу. Заранее, письмом, сообщи примерное время выезда, а также адрес в Горьком, где можно было бы переночевать (если придется) одну ночь. Мой адрес пока: Демократическая, 17.

19.6.43, 11-30. Только что отправил документы, должна получить их раньше этого письма. Перед этим смотрел квартиру (Володарского, д. № 65). Комната в три окна (ок. 15 кв. м), кухня. Хозяйка – одна – 65 лет, будет помещаться в кухне на печке. Необходим небольшой ремонт: переложить топку у печки, навесить дверь, вымыть. Всего на день работы, но обещают сделать не раньше 10 июля. Мебели – никакой, но должны постепенно доставить из школы. Электричества нет, но также ближе к осени может провести школа (на всякий случай захвати немного шнура, 1-2 патрона, выключатель, лампочку на 220V, которая, кажется, есть у нас. Оставил задаток и думаю на днях перейти туда, не дожидаясь ремонта. Находится квартира в 5 минутах ходьбы от Центра (Петров также снял квартиру, лучше этой, но на самой далекой окраине – 20-25 минут ходьбы). Ю. С.».

20 июня 1943 года

            «20.6.43. Спешу сообщить, что в новой квартире у хозяйки из хозяйственных вещей почти ничего нет (самовар, тарелки, лампа и т. п.), поэтому кое-что, самое необходимое, нужно взять с собой. Видимо будет возможность провести радио, но т. к. репродуктора нет, возьми с собой один наушник телефона (провода отрежь в месте их раздвоения), немного звонковой проволоки (если есть).

            О постельных принадлежностях, кажется, уже писал, не забудь тюфячную наволочку (для соломы). Попробуй со своими документами в пути (в Горьком) через воен. кассу получить питание (обед в столовой), по-моему, должны дать. Посадил свеклу, морковь, репу. Последнюю закончил слишком рано, поэтому пришлось садить рассадой, т. к. она полностью развернулась еще на грядке. Едва ли взойдет на грядке. Ю. С.».

6 июля 1943 года

            «6.7.43. Позавчера, наконец, решил дела квартирные, теперь понемногу устраиваюсь. С первой (ближней) квартирой так ничего и не вышло, занял дальнюю. И то, если бы я, умудренный горьким опытом, не занес, идя на занятия, часть вещей на эту квартиру, то потерял бы и ее. Квартира эта имеет два недостатка: 1) нет электричества и провести едва ли удастся, т. к. проводка кончается далеко, но т. к. керосин понемногу дают – свет будет (насчет примуса, конечно, я написал в спешке – зря). 2) Далеко от столовой, за «целых» пятнадцать минут ходьбы (а Семенов весь можно пересечь за 20 мин.). Зато есть и удобства: близко от огорода, который теперь смогу регулярно поливать. Я полагал, что такие вещи как свекла, репа, морковь в поливке не нуждаются, поэтому они у меня не взошли. Свеклу и морковь на днях посадил еще – может быть что-нибудь и вырастет. Следовало бы заняться уже подкормкой посадок, но на это времени уже совершенно не хватает.

            Квартира представляет собой большую комнату площадью в 24 м2, со слов хозяйки, теплая зимой, сейчас – светлая. Подал заявку на устройство перегородки, должно получиться вполне прилично. Правда, комната бедна в отношении обстановки и прочего, но это – понятие относительное. Ю. С.

Адрес: Чкалова, д. № 1а (писать можно и на него)».

14 июля 1943 года

            «14.7.43. Несколько дней назад посетил Семеновский «пляж»: оказывается, здесь можно и купаться, т. к. устроили небольшую запруду и вода в речке поднялась. Можно и плавать: вдоль по речке места сколько угодно.

            Удивительно много дела с огородом – то одно, то другое, сейчас еще ежедневно приходится поливать. Из всех моих посадок наиболее перспективны картошка и капуста. Свекла и первой, и второй посадки почти не взошла, да и поздно посажена. Капуста пока растет. Картошка взошла на 40%, а если выбросить первый, наименее удачный участок – то и на 65%. Рассадкой корней уже добавил 40 гнезд, пока растут, но что дадут в конце концов – неизвестно.

            Из леса ягоды носят корзинами (цена 3-5 р. стакан), но я за огородом и занятиями пока выбраться в лес ни разу не сумел. (Зато год назад мы носу не показывали из леса).

            Понемногу обжился на новой квартире. Пока скромно занимаю место вдоль одной стенки, вся остальная площадь пустует, т. к. для одного комната слишком велика.

            Вчера получили приятное сообщение об увеличении окладов с будущего месяца. Увеличение около 1,5 раз, так что я теперь буду иметь оклад выше основной ставки профессора со стажем и не ниже, напр. Миропольского [профессор Казанского университета Леонид Михайлович Миропольский (1896–1965), научный руководитель Ю. В. Сементовского]. Хотя теперь эта прибавка равняется примерно 3 фунтам масла в месяц, но все же устраняет часть колебаний, связанных с переездом.

            В начале месяца был в фотографии. Результат прилагаю [фотография не сохранилась]. Ю. С.».

16 июля 1943 г.

            «16.7.43. Позавчера получил обе телеграммы. В тот день не застал председателя уличного комитета. Вчера получил от него одну справку. Сегодня в Школе получил вторую справку. Затем в Горсовете вместо этих двух дали необходимую – третью. На почте отправил заверенную телеграмму, но т. к. справку оставил при этом на телеграфе, выслать ее почтой не смог – говорят, что заверенной телеграммы вполне достаточно. Если нет – по получении от тебя соответствующей телеграммы буду как-нибудь добывать эту справку с телеграфа.

            Мое хозяйство сейчас очень невелико, но тем не менее трижды обнаруживал пропажу съестных продуктов: воблы, водки, сахара. В последнем случае – из закрытого чемодана. Кого подозревать – хозяйку или ее двух квартирантов – пока не знаю. Во всяком случае, захвати хотя бы один небольшой, но надежный замок и пару колец. Ю. С.».

фото

Лицевая часть письма-треугольника Ю. В. Сементовского

с указанием адреса отправителя: г. Семенов Горьковской области, ул. Чкалова, д. 1а.

 

24 июля 1943 года

            «24.7.43. Получил сегодня телеграмму очень странного содержания: о высылке разрешения в твой адрес. Но я в Казани знаю только один адрес и сколько ни ломал голову, никакого другого придумать не мог. Единственное, что можно предположить, это то, что телеграмма с разрешением задержалась на 3-4 дня (телегр. от 20-го шла из Казани 3 дня). Я уже объяснял в открытке, что письменное разрешение был вынужден оставить на почте как оправдательный документ, и смог получить его, лишь основываясь на твоей телеграмме о высылке письменного разрешения. Последнее отправлено ценным письмом 22-го (телеграмма с разрешением была отправлена 16-го), надеюсь, что получишь его не позже 1-го августа и сможешь поэтому приехать до моего отъезда на полевые занятия (с 11-го по 20 авг.).

Занятия мои с текущим сбором перевалили за половину, но впереди предстоят наиболее ответственные разделы, стрельбы, наконец, заключительные экзамены, которые будут являться в известной мере мерилом качества моей работы. А оценка последнего может иметь и известное практическое значение. Я еще в этом месяце рассчитывал получить значительную прибавку в зарплате, однако, как оказалось, придется подождать до тех пор, пока не найдут возможным произвести меня из младших преподавателей в преподаватели просто. А пока приходится выходить из положения путем различных товаро-денежных операций.

Ю. С.».

 

Ю. В. Сементовский жене в Казань.

25 июля 1943 года

            «25.7.43. Получил некоторые дополнительные сведения относительно движения поездов [приводится расписание]. В Горьком сейчас, говорят, много народу и трудно сесть, но, во 1-х, у тебя есть документ, по которому получишь билет у коменданта (военного); во-2-х, легче всего сесть в Уреньский поезд (он идет недалеко), может быть для этого стоит переждать сутки, если не угодишь к нему. К тому же с этим поездом курсирует вагон специально для нашей школы, могут посадить и в него. Труднее будет сесть в Кировский поезд и еще труднее – в Свердловский.

            Наиболее трудное будет в Горьком, пожалуй, переправить вещи на вокзал. Не пойдет ли навстречу Геол. Управление, особенно если у них будет попутная машина?

            Может быть можно будет из Казани часть вещей (менее ценных) отправить железной дорогой (товаро-багажом или еще как-нибудь). Остальные на пароходе, конечно, тоже сдать в багаж, также придется сделать и в Горьком. Ю. С.».

Ю. В. Сементовский – Марии Афанасьевне.

9 августа 1943 года

            «9.8.43. Едва собрался написать письмо. 2-го августа, отобедав в столовой, захожу в лабораторию, а там вдруг заявляют: «Ваша семья сидит на вокзале». По пути туда зашел, кстати, к экспедитору и получил телеграмму, подтверждавшую возможность вышесказанного.

Доехали они благополучно со всем имуществом, не сдавая его в багаж ни на пароходе, ни в Горьком. В Горьком перевезли его на тележке (300 р.), а здесь кончили перетаскивать на себе вчера.

Квартира произвела благоприятное впечатление своей обширностью, но беспокоит только хозяйка (ее наклонности к экспроприации). Огород, наоборот, получил весьма нелестный отзыв, так что в этом отношении главная надежда – на осеннее снижение цен.

Ага [Агния] угощала меня уже казанским деликатесом – фаршем из «устриц» [речных ракушек]. Если хорошенько прожарить, изрубить, сдобрить, то получается очень неплохо. Несколько раз она уже приносила из леса грибы, ягоды (малина кончилась, черника, брусника). Я вволю наелся своих любимых жареных грибов. Позавчера я сам ходил за грибами, ходил довольно долго и лишь напав на удачное место менее чем в час набрал полную корзину первосортных (белых и «красных») грибов.

Светлана целыми днями играет, хозяйничает, стирает белье, помогает по хозяйству (таскает дрова, обтирает пыль и т. п.). На отсутствие аппетита не жалуется, обеды из столовой ей очень нравятся. Ю. С.

  1. P. S. Писать лучше на домашний адрес, но в этом случае – с маркой».

фото

Агния Герасимовна и Светлана Сементовские. Ок. 1943 года

А. Г. Сементовская родителям мужа в Казань.

14 августа 1943 года

            «14.08.43. Вчера проводила Юру, сегодня наконец собралась написать вам письмо.

            Доехали благополучно, вещи в багаж не сдавала и хорошо сделала, хотя это удовольствие мне встало в 800 руб. начиная с тети Маруси.

            Жена Петрова приехала за неделю до меня, вещи также везла при себе, но сдала ящик с барахлом (худой таз, половая тряпка и т. д.) и то этот ящик находится еще в Горьком, т. к. действительно разнородный транспорт не занимается перегрузкой багажа. В Казани мне соврали, что перегрузят на железную дорогу.

            Комната представляет из себя квадратный прямоугольник, на двух стенах по 3 окна – итого шест